– Да, белым. И с темными волосами. Довольно высокий, но мне все кажутся высокими. – Она улыбается, потом смотрит на Куинна у соседнего дома. – Наверное, он немного походил на вашего приятеля. Но я видела его только со спины. Думаю, я его не узна́ю.
– Во что он был одет, вы не помните?
– О, помню. В шорты. В шорты и футболку. Белую. И в кроссовки. Такие, которые для бега, понимаете?
– Вы помните, какого цвета были шорты?
Миссис Сингх слегка морщится:
– М-да, не очень… Может, черные? Простите, но я не уверена.
– Как вам показалось, они общались дружески?
– О да. Я уверена, они хорошо знают друг друга. Она же впустила его.
– Она его впустила?
Женщина кивает:
– Да-да. Я видела, как он зашел внутрь.
Эв лихорадочно пишет в блокноте.
– Вы видели, как он уходил?
– Нет. Я готовила, потом домой пришел Раджеш, и началась сплошная суета. Мужья – вы же знаете, каково это… – Она заговорщически улыбается, Эв пытает ответить ей такой же улыбкой, но улыбка получается фальшивой – ведь она никогда не была замужем.
– А после этого вы что-нибудь видели или слышали? Ссору, отъезжающую машину – что-нибудь вроде этого?
Миссис Сингх качает головой.
– Нет, – говорит она. – Но на улице была машина, которой я раньше не видела. Позже, когда я отодвинула штору, ее уже не было.
– А в какое примерно?..
– Время? В десять тридцать. Я всегда ложусь спать в одно и то же время.
Эв кивает:
– А что за машина была? Понимаю, вопрос трудный, но если б вы вспомнили…
Женщина с улыбкой качает головой:
– Я вообще не разбираюсь в машинах. Она была темной. Синей или серой… Что-то вроде этого. Самая обычная машина.
– Обычная?
– Ну, не огромная, не похожа на армейскую.
– А, понятно. Седан. Не внедорожник.
Женщина поднимает вверх палец.
– Именно! Именно такая. Вот что я имела в виду.
…Пару минут спустя, когда Куинн присоединяется к Эв, та все еще делает записи.
– Похоже, тебе повезло больше, чем мне.
Эв поднимает голову:
– Вчера вечером в доме шестьдесят два «а» был мужчина. Примерно в девять. Темноволосый, довольно высокий, ездит на машине темного цвета.
Куинн охает:
– Вот это да! Это кое-что меняет.
Лицо Эв мрачно.
– Куинн, это не было случайностью, и все произошло не во время пробежки. Она впустила этого хищника.
– Итак, Бакстер, ты приступишь к изучению ее соцсетей. Эв, на тебе родители. Сомер, я хочу, чтобы ты встретилась с ее коллегами, особенно с теми, кто вызвал полицию.
Вернувшись в Сент-Олдейт, Куинн полон энергии. Вот это ему больше по душе. Настоящая полицейская работа. Он не отметает в сторону дело о нападении – ну, не совсем, но вся эта сфера – самый настоящий медвежий капкан, черт побери, и, что бы ты ни делал, все неправильно. Куинну нравится, когда у преступления четкие очертания. Без скрытых ловушек, без того, что потом вернется к тебе и цапнет за задницу. И это шанс на самом деле чего-то добиться. Так что если ему удастся покончить со всем до возвращения Гиса…
Однако час спустя от приподнятого настроения практически не остается следа.
– Ее нет в «Фейсбуке»? Да ладно тебе, Бакстер, в «Фейсбуке» есть все.
– Нет, – упрямо говорит Бакстер, – не все. И этой женщины тоже нет. Есть аккаунт в «Инстаграме», но мне кажется, что она создала его только для того, чтобы постить фото с пробежек, а после нескольких снимков у нее вообще пропал интерес к нему. В «Твиттере» ее тоже нет, а в «ЛинкдИн» все только по работе. Кто бы ни был тот тип, которого она вчера впустила в дом, у тебя мало шансов найти его в соцсетях.
Куинн хмурится:
– Ладно-ладно, но продолжай искать, хорошо? Она живет одна, так что, могу поспорить, она есть на «Тиндере» или где-нибудь еще в том же роде.
Бакстер громко вздыхает, но не спорит.
– Итак, – говорит Куинн, – что насчет остального? Эв, что с мобильником?
– Вчера вечером сигнал был в последний раз зарегистрирован в ее квартире в девять сорок семь. С тех пор ничего.
– Родителей нашли?
Она кивает:
– Да, они мало что могут добавить. Они не знают, был ли у нее парень, и не могут ничего рассказать о ее друзьях-мужчинах. У меня сложилось впечатление, что они вообще ничего не знали о ее жизни.
– Когда они в последний раз общались с ней?
Эв листает свои записи:
– Две недели с хвостиком назад. Это был день рождения отца. Но она только позвонила, не приезжала. Они живут в Борнмуте, так что, думаю, путешествие до них было бы долгим. Я бы не согласилась провести два часа за рулем при такой погоде.
Куинн хмурится:
– Мне казалось, у нее нет машины?
– Да, – говорит она. – Машины у нее нет. Извини… это была фигура речи.
– Так, а где Сомер? – спрашивает Куинн, оглядываясь. – Кажется, она должна была поговорить с сотрудниками. Где она?
– А, – быстро говорит Эв, – она, наверное, выскочила за кофе. Скоро вернется.
– Тебя ищет Куинн. Хочет знать, почему ты до сих пор не уехала.
Сомер поднимает голову. Она стоит, опершись на раковину.
– Что с тобой? – спрашивает Эв. – Ты вся зеленая. Тебя тошнило?
Сомер делает глубокий вздох:
– Должно быть, съела что-то не то.
