Она разозлилась настолько, что не могла говорить. Мальчик оставался под подоконником ещё минуту или две, а затем, не вымолвив ни слова, пересёк сад, выбрался на асфальтовую дорогу и покинул предместье.
Вайолет не смотрела в его сторону. Он ей не нужен. Спасая его, она обрела уверенность. Она справится сама. Глаза мокрые, но плакать она не будет.
Дрожа, она отползла за угол дома и села, прислонившись спиной к стене. Сейчас она нужна отцу.
И как же его вызволить? Она поднялась на ноги и пересекла сад за домом. В отличие от всех прочих зданий в предместье, это было почти достроено. Все окна и все двери на месте. Пробраться внутрь можно было лишь через приоткрытое матовое окно верхнего этажа. Для этого пути требуется лестница, а где её добыть, уже известно.
Вайолет вернулась в сад того дома, где держали в плену Мальчика. Лестница по-прежнему стояла у стены. Небо уже светлело, но Вайолет рассчитывала, что Дозорные в доме ещё спят и не заметят в предрассветных сумерках, как она тайком шныряет вокруг.
Вайолет уже взялась за лестницу, как вдруг кто-то у неё за спиной прочистил горло. Она застыла. Волоски встали дыбом на её затылке. В нос ей ударил скверный запах «утреннего дыхания».
– Хо-хо, хо-хо, кого я поймал! – зашипел ей в ухо Кулак.
Вайолет мгновенно развернулась, её мышцы напряглись. Она прижималась спиной к ступенькам лестницы, а Кулак своими толстенными, как древесные стволы, ручищами ухватился за ржавеющий металл лестницы с обеих сторон, перекрывая девочке все пути.
Огненно-рыжая борода Кулака оказалась перед лицом Вайолет, и она с силой рванула. Тот скривился от боли и схватился за лицо, а Вайолет проскочила у него под мышкой, помчалась мимо боковой стены дома и выбежала на асфальтовую дорогу. Тут Кулак поймал её за волосы и дёрнул назад. Она изогнулась, но не сумела вырваться.
– Хо-хо, ходить мне в любимцах у мистера Эдварда, – запел Дозорный и, смеясь, посветил фонарём ей в глаза.
Она пыталась лягаться вслепую и выворачиваться, но не освободилась.
– ПРИГНИСЬ! – раздался чей-то крик.
Вайолет выполнила команду, и здоровенный камень, просвистев над её головой, смачно врезался в переносицу Кулака. Дозорный рухнул на землю, ревя от боли. Вайолет огляделась. И увидела на дороге силуэт Мальчика. Она хотела что-то сказать, но Мальчик подбежал к ней, схватил за запястье и утащил за собой.
Когда они добрались до грядок с цветами, сонные Дозорные уже появлялись на пороге дома, чтобы пуститься в погоню. Мальчик и Вайолет продирались через ряды растений, направляясь к выезду из предместья, отмеченному колоннами и плакатом.
Неожиданно Вайолет споткнулась – одно из растений обвилось вокруг её лодыжки. Она попыталась стряхнуть помеху – и увидела, что из-под прозрачных лепестков на неё таращится глаз. Эти растения – тоже глаза, как и те, что она видела в доме, только эти больше. У неё скверно заурчало в желудке.
Мальчик попробовал освободить Вайолет, но растение не отпускало, оно вцепилось в жертву, словно обезумевший хищник. Дозорные уже почти нагнали их. Мальчик ухватился за пульсирующий стебель и рванул изо всех сил. Из разорванной вены во все стороны брызнула кровь, и Мальчик направил её струю в приближающихся Дозорных, задерживая их. Затем он засунул растение в карман.
Внезапно в ночи раздался пронзительный крик, похожий на вопль тысячи кошек. Это растения, только что спавшие, откинули назад лепестки, раскрывая налитые кровью глаза, и вопили. Обезумевшие цветы атаковали Мальчика и Вайолет, когда те пробегали мимо.
С трудом выбравшись с зелёного участка, друзья остановились у выгоревшей картинки, изображавшей счастливое семейство. Теперь они были за пределами предместья, в начале бугристой дороги; справа и слева простирались пустынные поля.
– Вперёд! – скомандовал мальчик. – За рекой Ничейная земля.
На фоне рассветного неба вырисовался пешеходный мост. Изящная конструкция; казалось, она была здесь не одно столетие.
На каждом берегу реки стояло по два высоких, тонких металлических столба. Они были соединены толстыми стальными тросами, протянутыми над рекой и низко провисшими в середине. Тысячи тонких стальных нитей, на которых, по-видимому, когда-то покоились деревянные планки настила, сейчас по большей части оборвались и свисали, доставая до воды; самих деревянных планок почти не осталось. Ширина моста позволяла пройти одному человеку.
– Мы здесь не перейдём! Здесь же пола нет! – воскликнула Вайолет, глядя на бушующую внизу воду.
– У нас нет выбора. Пошли, весим мы немного, – сказал Мальчик, оглядываясь на приближающихся Дозорных.
Он быстро ступил на первую планку. Та закачалась, но Мальчик крепко держался за тросы и сумел удержать равновесие.
– Идём. Быстрее!
Вайолет смотрела на быстрины внизу.
– Не могу, – ответила она; слова вырвались раньше, чем она поняла, чтó хочет сказать.
– Придётся, – безжалостно возразил Мальчик.
