— Только вот наш ус Баренд был упрямый, да еще ему Гворкенстон все мозги проел за расход части академической территории на бесхозные здания, не приносящие пользы. — Август пошевелил бровями, почесал переносицу и махнул рукой, словно сокрушаясь. — Я ведь тоже хорош, не подумал и нашел разработки того проекта. Очень древний раритет, между прочим. Сейчас таких и не делают, неудобно жить в доме с самосознанием, и обидеться может, и рассердиться. Вот нашего ректора и зацепило любопытством. Так что моя вина в том, что его в межмирье утянуло, тоже есть.
По словам Августа Пшечека выходило, что Аджарас вначале еще мог как-то передавать послания Элниде и написал, что за его свободу хранительница требует отдать огромное количество магии.
— А кто же магию отдаст, коль она всем для себя нужна? — Пришамкивая губами и нервно дергая плечами, мэтр ерзал на камешке. — Вот разве что сама Элнида, она тогда еще выпускницей была, и наш ректор успел невестой ее назвать. Красивая пара. Она ж упрямая тоже была, как и он, ни одну стихию гасить не желала. Потому и магичкой была хоть и с большим потенциалом, но плохонькой. Резерв огромный, а сила — пшик один. Но это для хранительницы все равно крохи.
Август Пшечек горестно вздохнул и продолжил:
— Март, племяш-то мой, академию закончил, когда она еще на первом курсе была, но, видать, тогда влюбился в девчонку, а она, видишь, в ректора. Мартик, он тоже звезд с неба не хватал, чинильщик средненький, скорее теоретик.
Она его и уговорила, а он меня, дурака старого. Только вот не нашли мы ректора-то. Сюда вышли к Горгонке моей.
— Ой! — Дедуля опять сорвался с места. — Ведь променяет меня старого эта свистушка каменная на молодого. Пошли скорее, девка, нечего тут лясы точить. Успеешь еще узнать, что хотела. По дороге доскажу, как смогу.
Пыхтя и уже карабкаясь на гору, где их ждали, он все же успел поведать Светлане Львовне, что Горгона сцепилась со слишком тогда порывистой и безапелляционной молодой Элнидой Хелариус. Девушка не окаменела совсем лишь потому, что магия земли у нее тоже была.
— Мартик с Горгошей пошел договариваться, и тогда я даже не знал и не думал, что он ей пообещал. Бабулька моя расцвела, Элниду подлечила да что-то ей отдала. Обещала, что все стихии ее расцветут в полную силу. Это сейчас я знаю, что отдала она ей «Каменное сердце». — Пшечек обернулся к взбирающейся за ним Свете. — Это когда ты любовь свою помнишь, но не ощущаешь. Видать, в академии ректор только к невесте и мог приходить. А после она его и не видела. Проверяла ее моя Горгонушка. Возьмет девка силу али не возьмет? Про цену силы спросит ли? Не спросила она, на себя понадеялась.
— А почему они в академии и Март вами притворяется? И ректора не смогли выручить? — Света пыталась уложить в голове всю полученную информацию.
— Почему в академию вернулись, того я не знаю, — Август задрал голову, выискивая знакомые ориентиры, — а я тут оказался в качестве платы. Молодежь мной откупилась. Пока мне Горгона про камни рассказывала да застежку на браслете фамильном ей починить просила, их и след простыл. Она потом мне поведала, что за выход отсюда они меня ей навечно оставили. Я тогда еще решил, что, может, и к лучшему. Что мне там делать? А молодежь, глядишь, не допустит беды, обо всем зная. Просчитался я...
— Вот ведь какие мерзавцы! — Светлану Львовну раздирало от возмущения. — Родной племянник, да и Элнида хороша! А с виду казалась приличной дамой, еще и декан! Ей детей вообще доверять нельзя! Это, видимо, они с лепреконом спелись и смогли всех поступающих студентов с нестандартной магией в дом тот поселить, сделав из него общежитие! Только вот вы, точнее, ваш племянник под вашей личиной говорил о том, что дом накопил много магии из студентов. Значит, к хранительнице она не попадала?
— Не совсем так, деточка. — Мэтр Пшечек тяжело вздохнул. — Та, которую блокировали и забирали на церемонии, скорее всего, попадала, а вот та, которую дом тянул, пока они в нем жили, нет. Домик-то тот старше академии, это не он на ее территории стоит, а она у него под боком выстроена. Что там да как — не подскажу, книгу ту, что я нашел про общежитие ваше, ректор унес, да, может, и припрятал.
— А вдруг ее Март нашел? Мы же дом разбудили, — испугалась Света пришедшей в голову мысли, — и магию они прямо из него переправят!
— Это вряд ли, — впервые хихикнул дедуля. — Это он за мной записывал, когда мы за Аджарасом собрались, да и то столько десятилетий прошло, пока разобрался. Говорю же, неважный из него ЧСник вышел, бракодел. Только вы и смогли с артефактом работать без магии, расходуя жизненные силы. А должны маги управлять, делясь резервом. Только и смог Март, что костюм второй собрать, чтобы вечно стариком не ходить. Если бы он понял, как из дома магию себе выкачать, так не отдал бы. Жадноватый он, да и, как оказалось, не только жадноватый.
Сверху послышались голоса, и дедулька прибавил прыти. Света за ним даже не успевала.
Выползла она на площадку, когда там уже разгоралась нешуточная ссора.