- Да, - согласилась Мира. И взяла Владимира за руку. – Володя, лучше выслушать. Узнать, чего он хочет.
- Я тебя с ним наедине не оставлю!
- Володя…
Кощей делал вид, что рассматривает небо. К слову, дождь усилился. Над собой, Мирой и Красибором Владимир держал «зонт» - непроницаемый для воды полог. Кощей же стоял под дождем, в плаще с капюшоном. И отчего-то для того, чтобы укрыться от непогоды, к ведовству не прибегал.
Спорили недолго.
- Я клятву дам, нерушимую, - заявил Кощей. – Что верну вашу невесту, скажем… через час. В целости и сохранности.
Любую клятву можно обойти, если слова произнести так, что их двояко трактовать можно. Владимир подвоха в клятве не увидел. И смирился. В конце концов, Мира не ребенок. И как-то обходилась без него пятнадцать лет.
Вместе с Красибором он вернулся в дом, где занялся составлением писем. Еремей отвезет их туда, где почту подхватят доверенные люди отца. Если девушки не пропадали, то каждую из списка надобно найти и убедится, что она жива-здорова. Отписал Владимир и Яру, интересуясь делами компании. И Владу, предлагая им с женой и дочкой к зимним праздникам навестить матушку… в Лукоморье. Была в том приглашении корысть. Вдруг дар Марьяны проснется рядом с мировым деревом? Вдруг дар ее поможет Красибору? Тогда Мире не придется выбирать между ним и Яром.
Правда, неизвестно, о чем попросит Кощей… Но вдруг и его проблему можно решить как-то иначе?
Мира вернулась вовремя. И заперлась у себя в комнате.
Владимир едва успел догнать Кощея, уходящего в лес обычной тропой.
- Что-то не так? – вежливо поинтересовался тот. – Она вам все расскажет, от вас я не просил хранить тайну.
- Мне бы с Анастасией поговорить, - сказал Владимир. – Всяко быстрее получится, чем на поиски неизвестно чего время тратить.
Кощей посмотрел на него задумчиво.
- Нет, - наконец ответил он. – Это невозможно. Но могу со Змеем Горынычем познакомить.
- Зачем? – опешил Владимир.
- Дружил он… с Анастасией. Может, подскажет, где невидимку искать.
- Невидимку?
- То, не знаю, что. Так как? Я сейчас к нему. Проводить?
- Да уж, будьте так любезны, - согласился Владимир.
Не иначе, как затмение в голове случилось. Или вот… Кощей заморочил. Последнее – вернее. Иначе Владимир сто раз подумал бы, прежде чем идти туда… не знаю, куда.
Глава тридцать седьмая, в которой Любомира знакомится с сестрой
Если дом Красибора напоминал дворец, то дом Кощея больше походил на обычную дачу: светлую, воздушную. Вид на море открывался прямо с террасы, утопающей в цветах. И сад, окружающий дом, определенно находился под чьим-то присмотром. И внутри дома – чистота и уют.
- Любомира, вы так удивлены, будто ожидали, что я приведу вас в подземелье с пауками и змеями.
- Заметно? – Мира сделала вид, что огорчилась. – Но так и есть. И не вам, Силантий, укорять меня в том, что я мыслю… шаблонно. Я же наивная барышня. Актриска.
- Обиделись? Имеете право, - покорно согласился Кощей. – И нет, не заметно. Я ощущаю ваши эмоции, как и ваш… жених.
Вот о чем Мира серьезно сожалела, так это о том, что никогда всерьез не училась ведовать. Но ведь и повода не было. Надо все же попросить Володю, чтобы защите от ментального воздействия научил. Это же, если Кощей менталист… Он сделает с Мирой все, что пожелает?
- Я не причиню вам зла, - вздохнул Кощей. – Поверьте, так было бы проще для нас обоих. Я получил бы то, что хочу, а вы ничего бы и не узнали.
- И что вас останавливает? – поинтересовалась Мира. – Порядочность?
- Вы в нее не верите? Не буду убеждать в обратном. Я вас кое с кем познакомлю. И потом сами решите, кто я вам, друг или враг.
В его руке появился колокольчик. Он звякнул, как Мире показалось, очень тихо. Однако в гостиную тут же вошла девушка.
- Подавать самовар, Силантий Маркович? – осведомилась она.
- Не стоит беспокоиться, - поспешно произнесла Мира. – Я сюда не за этим пришла.
«Ничего не есть и не пить в чужом доме», - повторила она про себя нехитрое правило. Ей ли не знать, каким коварными могут быть люди.
- Дуняша, где сейчас Наденька?
- В саду, Силантий Маркович. Где обычно. За ней Анфиса присматривает.
- Пойдемте в сад, Любомира, - предложил Кощей.
«Все же дочь, - подумала Мира. – И кто она мне? Неужели… тетка?»
Позади дома сад был еще красивее. Казалось, над этим местом и погода не властна. Дорожка из мягкой зеленой травы петляла между куртинами. Здесь все еще цвели розы, пестрели ковры из маргариток, незабудок и анютиных глазок. Качались солнечные головки ромашек и огненные гривы пионов. Жужжали насекомые, порхали бабочки. И запах – сладкий, летний – кружил голову.
Они подошли к небольшому прозрачному пруду, частично заросшему кувшинками. Со скамейки, стоящей возле него, навстречу Кощею поднялась девушка.
- Силантий Маркович… - Она низко ему поклонилась.
«И где же… Наденька?»
Мира никого больше не видела.
Кощей же девушке, определенно служанке, кивнул, а сам подошел к пруду, ступил на узкий деревянный настил. Он доходил до середины пруда и упирался в серый валун. На валуне же, Мира это только теперь разглядела, сидела лягушка.
