- Он вернулся, - сказала Лидия Алексеевна. – Попросил не беспокоить, занялся делами. Я весь день у себя провела. К ужину вот никто из вас не спустился. Я и подумала, что вы тут вместе. А ты…
- Да я вот… - Мира показала ей альбом, что держала в руках. – Рисовала.
- Это кто? – заинтересовалась Лидия Алексеевна. – Не тебя похожа.
- Сестра, - вздохнула Мира.
- Сестра? То есть… погоди…
- Единоутробная, - сказала она.
Зачем скрывать? Кощей не просил хранить тайну. Вот, кстати, и у Красибора хорошо бы спросить, помнит ли он Наденьку.
Лидия Алексеевна охнула и прикрыла рот рукой. Поняла, чья это дочь.
- Погоди, а Володя знает? И вообще, где он?!
- Пойдемте, спросим к Красибора, - предложила Мира. – Может, он расскажет, где Володя.
Красибор знал о том, что Владимир ушел вслед за Кощеем. И то, со слов слуг, сам он этого не видел.
- И все? И не вернулся?! – Мира забеспокоилась по-настоящему.
Красибор лишь развел руками.
- Без паники, - велела Лидия Алексеевна. – Володя понимает, что делает, и может о себе позаботиться. Он сильный ведун, Любаша.
Мира улыбнулась ей сквозь силу, кивнула. Не хотелось ее расстраивать, но Мира прекрасно понимала, что светлому ведуну не выстоять против некроманта, к тому же не обычного, а бессмертного. И если хранительнице в Лукоморье никто в здравом уме не причинит вреда, то Владимиру – запросто. Он не мог уйти, ничего ей не сказав! И если его до сих пор нет, значит, с ним что-то случилось.
«Без паники, - повторила себе Мира. – Я тоже не беспомощна. Я хранительница Лукоморья. И есть кого попросить о помощи».
Ужинать сели без Владимира. Мире вновь пригодились актерские способности: от волнения кусок не лез в горло, и хотелось бежать на поиски. Но приходилось улыбаться и поддерживать разговор. Если Лидия Алексеевна и нервничала, то ничем себя не выдавала. И Мира ей подыгрывала, надеясь, что та действительно не переживает, верит в сына.
Может, и Мира зря…
Она все же набралась смелости, спросила Красибора о Наденьке.
- У Силантия Марковича есть дочь? – изумился он. – Как это?!
Его удивление было неподдельным, и Мира соврала, что ей показалось.
- Ему память подтерли, - чуть позже сказала Лидия Алексеевна. – Теперь понятно, почему. Видимо, бабка хотела, чтобы он забыл о той, кого любил.
- Или Кощей, - предположила Мира. – Если слухи о том, что у него есть дочь, бродят по Лукоморью, а люди ничего толком не помнят, тут, может, и он постарался.
Время шло, Владимир не возвращался. Мира места себе не находила, но оставалась подле Лидии Алексеевны. И надо бы бросить все, бежать на поиски… Да хотя бы к Кощею, если Владимир ушел вслед за ним! Где дом Кощея, Мира помнила. Или нет? Она не была уверена, что отыщет дорогу в темноте. Попробовать кликнуть Оскара? Баюн говорил, что внук его где-то рядом. Или даже сходить к избушке? Туда Мира точно доберется. Да что угодно, лишь бы не терять драгоценное время!
Лидия Алексеевна сказала, что надерет Владимиру уши, когда тот соизволит вернуться. И не посмотрит, что тот давно уже вырос. И даже если в неприятности какие вляпался, все одно надерет. Потому что уходить вот так, без предупреждения, вошло у него в дурную привычку. После чего ушла к себе, попросив Миру одеться потеплее. Еще и гребень свой оставила.
- Этот артефакт Володя сделал. Другого такого и нет, - похвасталась она. – Если его в волосах носить, никакой дождь не страшен. Он купол защитный держит, вроде зонта.
Мира перевела взгляд на темное окно. За ним вновь лил дождь. И ветер шумел. И море.
Что ж, если и Лидия Алексеевна согласна, что пора отправляться на поиски Владимира, Мира поторопится.
- Сестра, - окликнул Миру Красибор, едва она, переодевшись, спустилась на первый этаж. – Ты куда?
- Не знаю, - усмехнулась Мира. – То есть, Владимира искать. А где – еще не знаю. К Кощею можешь проводить?
- Нет, - ответил Красибор. – И ты туда дороги не найдешь, если он не захочет. Там тропинки… заговоренные.
- А как-то связаться с ним можно?
- Ну… - Он вздохнул. – Бабушка с ним через зеркало говорила. Но не уверен, что у тебя получится.
Мира и сама в это не верила.
- А где то зеркало? – все же спросила она.
- Да тут, в доме. Я не показывал тебе бабушкины комнаты. Честно говоря, я туда и зайти не могу. И у тебя не получится, пока силу не заберешь.
- Показывай, - решилась Мира.
Дверь, ведущая в подвал, нашлась под лестницей.
- Бабушка там зелья варила, да и вообще… Меня туда не пускали, - пояснил Красибор. – Дверь заперта, но не на ключ.
Мира прикоснулась ладонью к гладкому дереву.
«Впустишь? – спросила она у дома. – Открой. Я любимого ищу, мне помощь нужна».
Она толкнула дверь, и та поддалась с легким скрипом.
- Ого… - удивился Красибор. – Но ты, все же, осторожнее. А я тут подожду.
Спускалась Мира без страха. Красибор не мог запереть ее в подвале. То есть, в теории мог, но на практике дом откроет ей путь наружу, в том она не сомневалась. Да и внутри ничего страшного нет, если ничего руками не трогать. Она только посмотрит, поищет зеркало.
«Свет мой, зеркальце, скажи…»
Именно. Как в сказке.
Свет, к слову, вспыхнул сразу, едва Мира ступила на крутую лестницу.
