Не ведая, что надо поскорей
Ему домой бы воротиться:
Окружена врагом его столица,
В опасности народ и вся страна,
Ибо нежданно началась война.
Закрылись сразу города ворота.
Царевича не видно только что-то.
Как воевать без государя?
А тот, в неведении блуждая,
Наткнулся на храпящего дракона.
Подумал: «Нет закона,
Чтоб спящего немедля убивать
Будь это змей, зверюга или тать».
И, привязав коня к стволу,
Хлыстом поковырял чудовище в носу.
Тот испугался и чихнул,
Как пёрышко лошадку сдул,
За лес, куда-то в поле.
Там бедный конь на воле
Унёсся в дальние края,
Подпрыгивая и козля.
Тут змей обидчика увидел.
Людей он явно ненавидел.
И было же, конечно, от чего!
Судите сами, змея самого
Людишки жаждали примерно покарать
За то, что лазил воровать
В садах их яблоки и груши.
Ему отрезать когти, уши
И обломать все ноги и рога
Грозилась гневная толпа.
И он, спасаясь от вопящей своры,
Ломал любую изгородь, заборы.
Опустошая ненароком грядки,
Бежал в чащобу без оглядки.
Теперь же он задумчиво на юношу смотрел.
Легко бы проглотил нахала,
Но змей не ел
Ни мяса и ни сала.
К тому же, вот напасть,
Болела у чешуйчатого пасть:
В десне застряла рыбья кость.
Одна надежда, что нежданный гость
Её, быть может, уберёт
И боль несносная пройдёт.
Дракон, рыдая, пасть открыл.
Царевич присмотрелся, кость схватил
И, поднатужившись слегка,
Занозу вырвал в два рывка.
На радостях дракон
Хотел его обнять
И смог легко бы он
Юнца случайно затоптать.
Но вовремя смекнул
Что чуть не натворил.
На хвост сел как на стул
И тут совсем остыл,
Поскольку на конце хвоста
Торчали три огромные шипа.
Воскликнул юноша: «Ну у тебя и рожа!
Я буду звать тебя Дракоша.
И ты нисколько не тупой,
Хотя зелёный и большой».
Чудовище ответило: «Как хочешь называй,
Да только в печку не кидай!
Послушай, а давай дружить.
Мне ежедневно будешь приносить
Корзину яблок…Лучше две
И вешать здесь же на сосне.
Тебя я буду на себе катать.
Ведь ты же хочешь полетать»?!
Друзья поднялись выше облаков,
Спугнув парящих высоко орлов,
И полетели, наконец, к столице,
Куда войска царя и колдуна,
Стремились нынче же пробиться,
Напав на город с самого утра.
Глава XII
Неспешно падал снег
На лес, луга в долине,
На шумные потоки рек,
С холмов, бегущих по равнине,
На сонный стольный град.
Вдруг загудел набат,
Когда холопье войско колдуна,
Побив охрану и открыв врата,
Ворвалось с гиком в город,
И начал лютовать там ворог.
Отпор достойный дал народ,
Пустив ножи и виды в ход.
Ещё помог разбойничков отряд –
И вот опять свободен град.
Но рано было ликовать –
На помощь шла другая рать.
Долина заполнялась войском колдуна,
Царевна, её подданных толпа
Решили им не покориться,
Стоять на стенах, насмерть биться.
Рог протрубил, и сразу ворог
Обрушился на мирный город
С громадой лестниц и метательных машин.
И тут с заоблачных вершин
На головы несчастных осаждённых
И в ратном деле слабо искушённых
Посыпался дождь стрел, камней.
И пало множество людей.
К добыче, жадные сверх меры,
Враги по лестницам на стены
Карабкались со всех сторон.
Послышался кровавой сечи звон:
Треск копий, крики, стук щитов,
Мечей удары, палиц, топоров.
В отважной вылазке своей
Разбойнички ватагой всей
Пытались к колдуну пробиться,
В единоборстве с ним сразиться
И обезглавить войско лиходея,
Заставить армию злодея
Панически бежать.
Да воеводы рать
Их конницей, стрельцами окружила
И в жаркой схватке порубила.
Вот недругов пехота
Тараном разнесла ворота.
Дошла до первых теремов
На них из всех дворов
Обрушилась лавина
Стрел, бочек и камней.
Наёмникам ударил в спину
Лес копий, вил и бердышей.
Повсюду кровь, сочилась как вода.
Везде лежали мёртвые тела.
Огонь пищалей, самопалов
Косил ряды непрошенных гостей.
Под натиском ударов
Дубин, оглоблей и мечей
Наймиты стали отступать.
В пролом вошла другая рать.
И были силы слишком не равны.
На гибель жители обречены!
Когда дракон к долине подлетал,
Он бой увидел и сказал:
«Царевич, город будет взят.
Нам лучше повернуть назад.
Облаву учинят умело,
Меня пронзят там копья, стрелы.
Зачем напрасно погибать?
Пора нам незаметно удирать».
Царевич же ответил:
«Ты разве не заметил?
Тебя боятся, как огня.
Подуй на воинов царя.
Злодеи – трусы побегут.
Тебя ж героем назовут.
Делов всего-то – попугать
И пострашнее порычать.
Наградой будет уйма винограда
И горы яблок, слив и груш из сада.
На радостях дракон так зарычал,
Что чуть царевич не упал
От грохота в ушах
От страха в сердце и ногах.
С трудом на змее усидел,
Во все глаза на бой глядел.
Дракончик же носился над долиной,
Рычал и дул с огромной силой.
А вражья сила, увидав дракона,
Издала вой погромче стона
И, чтоб себя скорей спасти,
Решила ноги унести.
Колдун хотел
Пустить в ход волшебство,
Но не успел
Одеть волшебное кольцо.
Бегущая наёмников толпа
Его с собою увлекла.
Кольцо в толкучке потерял.
Пропажу обнаружив, тотчас же сбежал
В свою избушку на болоте,
Оставив царство воеводе.
Царь – воевода не простак.
Сбежал, и с ним осёл – лешак.
В гнилой хибарке эти трое
Живут голодные и в ссоре.
Стрельцы, убийцы, стольники4,
Бояре и наёмники,
Все прихлебатели царя и колдуна
В полях без роздыха и сна
Работают в нагорье
За причинённое там горе.
Царевич стал царём
Дракончик – друг живёт при нём
Два царства сделались единым,
Благочестивым и счастливым.