— Здесь и зимой так же! — возмущённо рассказывал леший, но Птицын уже не слушал. Он подошёл к краю этого странного кусочка леса и провёл рукой по траве. Странное ощущение — трава будто бы пластиковая. Парень попытался сорвать травинку, и ему это удалось, правда, с трудом. Он принюхался — травой даже не пахнет. И растереть между пальцами не получилось. Как будто правда — пластиковая. В траве что-то юркнуло, и Птицын едва успел отдёрнуть руку — в палец ему попытался вцепиться ёжик. Зверёк двигался молча, без привычного фырканья. Поняв, что промахнулся, он выскочил за пределы аномальной зоны, на обычную траву, и снова напал. Птицын шикнул, попытался отогнать — тщетно. Ёж человека совсем не испугался, наоборот — он продолжал нападать, пока Демьян не подхватил колючего. Ёж попытался вырваться, несколько раз дёрнулся, а поняв, что ничего не выходит, повис тряпочкой. Даже в шар сворачиваться не стал.
— Странно, — пробормотал упырь. — Аромата нави не чувствуется совсем. Но и в полной мере живым назвать не получается. Как будто замер посередине. Посмотри, княже, у него даже сердце почти не бьётся. И дыхания почти нет.
— А это может быть ёж — упырь? — спросил Птицын. — У вас ведь тоже сердцебиение замедленное и дыхание.
— Про ежей — упырей я ещё не слышал, — хмыкнул Демьян. — Не похоже, если честно. Не чувствую в нём родственной души. Сам ведь знаешь, мы со смертью на короткой ноге, а это существо никогда не умирало.
— Через триста аршин эти языки сливаются в одно сплошное убожество, — пояснил леший. — Если зайти туда — сразу начинают нападать все твари лесные. Ну что? Сможешь мне с этим помочь, сосед?
— Тут думать надо, — вздохнул Птицын. — По крайней мере, сходить за подкреплением.
Второй раз вести своей тропой компанию леший отказался — сказал, слишком много народу, неудобно ему. Народу действительно прибавилось. Во-первых, Валерка всё-таки разбудил тролля, хотя и не понимал в упор, чем тот сможет помочь. Но ведь попросил уже помощи — будет некрасиво, если он обойдётся без Орма и потом скажет — ну, извини, что отвлёк, продолжай бухать.
«К слову, надо бы разобраться, почему Орму не продлили аренду моста. И вообще, давно я к Налиму не заходил — надо бы нанести визит, обновить, так сказать, впечатления. Вряд ли мостами занимается именно он, но он точно знает, кто именно — даст рекомендации! Может, стоило с этого и начать? А то что-то мне не нравится эта пластиковая трава и такие же деревья! Странное место, как будто липкое!»
Менять планы было уже поздно — Мари явно настроилась на приключение, разочаровывать девушку не хотелось, так что по возвращении домой Валерка с Демьяном отправились будить тролля. Задача оказалась непростая — Орм усиленно защищался от побудки, отбрасывая желающих поднять его на ноги звуковыми волнами своего храпа. Смех смехом, а Валерка в самом деле начал сомневаться в целостности своих барабанных перепонок — настолько громко Орм храпел. Однако выяснилось, что проводнику любая задача по плечу, даже столь нетривиальная, и спустя полчаса мучений тролль вдруг затих, и открыл глаза.
— Добрый день, Валера, — как ни в чём ни бывало сказал Орм. — Мы уже идём наводить порядок в твоём лесу⁈
— Именно, — облегчённо кивнул Птицын. — Пока ты дрых и пытался разрушить своим храпом мой дом, мы сходили на разведку. Честно говоря, я такого ещё не видел — целый кусок леса как будто замер, растения как неживые, да и животные — тоже. Хотя при этом — вполне живые. Демьян утащил оттуда ежа, который на нас нападал, и как только мы удалились, зверёк очнулся и стал вести себя, как нормальный ёж. И лешего слушался.
— Прости, я не хотел причинять неудобства, — повинился Орм. — Ничего не могу с собой поделать. Если засыпаю под крышей — храплю. Кажется, что стены давят. Пойдём скорее смотреть, что с тем лесом.
Из-за ежа, к слову, возник серьёзный спор с лешим. Как только выяснилось, что ёж — живой, и пришёл в себя, леший поставил условие: животинок насмерть не бить.
— Нет, ежели поймёте, что край, и по-другому не обойтись — что уж делать, убивайте, — каркал ворон. — Но только если совсем плохо будет. Живые твари ведь, и ни в чём не виноваты. Нельзя их так-то убивать. Не за что.
Просьбу лесного духа можно было бы и проигнорировать, вот только Птицын и сам не хотел убивать ни в чём неповинных зверушек. Он, в конце концов, не на охоте, да и на бойню не нанимался, а жалко, любых. Не по своей воле ведь нападают.
