Строители не видели, но им отвечали. Две маленькие руки, что были так незаметны на фоне большого Плато. Дети приветствовали новых людей, хотя и не видели, что происходит на рельсах. Им бы бинокль, но умные стёкла остались у взрослых, а идти им на поклон, просить или стащить без спроса было выше их достоинства. Они верили своим глазам. А глаза говорили братьям, что постепенно, изо дня в день, блестящие лезвия становятся всё ближе и ближе.
С недавних пор день стал строиться у мальчиков по-другому. С утра они просыпались пораньше, чтобы не видеть родителей. Таскали воду в дом, готовили завтрак, брали с собой запасы еды и на целый день уходили на «своё» место. Там они построили шалаш, отвели место для костра, на котором кипятили старый полудырявый чайник. Из одного дома стащили матрас, порезали на две половины и еле дотащили до Обрыва. Постирали, просушили и подняли на склон, где лежали на нём пятками кверху только чтобы видеть дорогу.
Что они делали целый день?
Строили планы.
За бесконечными разговорами, спорами, сожалениями и обвинениями пролетал не один час. Иногда они просто уходили в лес, гуляли там, молчали, слушали звуки, лазали по деревьям, собирали ягоды и плоды, добирались до таких трущоб, каких никто не видел…
Тьма царила там, безмолвие и… невысказанные слова.
В первый раз они увидели Сердце Леса. Просто сбились с пути, решили отдохнуть, спастись от жары и забрались в самое тёмное место, где свет не проникал сквозь листву, мох рос вместо травы, а кора у деревьев была такая прохладная, что легко можно прижаться разгорячённой спиной и получить облегчение.
Так мальчишки и сделали. Каждый под своим деревом, со своими мыслями, преломляя тишину звуками.
Вначале они просто наслаждались.
Им было очень хорошо, и так хотелось, чтобы это не кончалось. Потом пришли мысли о прошлом, и обиды накрыли с головой…
Они начали говорить, шептать, слёзы пробивались в их словах, невысказанность, раздражённость… Ребята просто хотели понять, почему всё так получилось и кто виновник.
Андре и Стэн не были злыми, просто там, в темноте, когда мир их не видит и пока длится этот миг, можно попытаться выяснить правду и достучаться до ответа…
Только бы знать, кто им владеет.
«Почему?» и «за что?» – главные вопросы. Месть не нужна, им бы только понять.
В тот самый первый раз всё закончилось слезами. Ребята просто уткнулись себе в ладони, свернулись в комок и заплакали вместо слов.
Заснули, а когда выбрались из объятий корней, им было спокойно и легко.
Как будто помирились после долгой ссоры, да и не с кем-нибудь, а с самими собой.
Удивительное ощущение!..
Они обернулись.
Пять деревьев, не больше и не меньше, создали этот тёмный закуток, некий карман, переплетя ветви, коренья и стволы между собой.
Ещё не раз они туда приходили.
Мрачные, сердитые, безжалостные.
Выходили беззаботные, отдохнувшие.
Шли, болтали о всяких глупостях, смеялись, шутили и радовались мелочам.
На время им становилось легче, а потом…
Генри и Герда по-иному воспринимали события. Мальчиков своих они давно вырастили, пусть теперь закаляются своей собственной жизнью. Они не прогнали их из дома, не посадили на голодный паёк, не заставляли работать до упаду и более-менее видели их почти каждый день.
Так в чём могут быть претензии?
Мальчики получали их любовь с момента рождения, и долгих десять лет только они были на первом месте. Но теперь, когда появился тот, кого они так обделяли своим вниманием, просто взяли и вычеркнули из своей жизни, и кто так обижен судьбой…
Только ему они обязаны больше других. Андре и Стэн должны понять. А если будут задавать вопросы, им объяснят, что существует очередь и кто в ней стоит самым первым.
В отличие от сыновей, родители не терзались вопросами, лишние мысли гнали прочь и чаще, чем прежде, стали приходить к Обрыву, месту, где рельсы должны идеально вписаться в колею – и все сомнения будут повержены.
Они не сомневались.
Время ожидания тянулось долго. А Плато гудело от нетерпения и предвкушения. И хотя люди занимали на этом острове жизни совсем немного места, напряжение чувствовалось буквально в воздухе. Город стал подвержен этой «болезни» и вслед за семейством Девайвов перестал спать спокойно. Раньше, год и даже месяц назад, подготовка к Событию казалась забавой, милой, безвинной причудой, за которой следили только потому, что никто толком не верил в успех предприятия, а иные ожидали неудачу…
Но однажды в очередной раз в Город вернулся Генри, тот самый изгой, что вёл Подготовку и окончательно превратился в лесовика. Его визит не был сенсацией, поскольку раз в три-четыре месяца он обязательно появлялся на горизонте, но тут человека не узнали даже те, кто тесно работал с ним все эти годы, ездил на юг и считал чудика если не другом, то коллегой и настоящим работягой уж точно…
Генри был бодр, весел, подстрижен, борода приведена в порядок, одежда чиста.
Улыбка и восторг – так можно было описать его состояние.
И ладно бы это случилось по причине минутной слабости, ностальгии или очередного помешательства. Нет…
