Кар вел Скай. Эрик сам бы точно с управлением не справился. Руки слишком дрожали, да и вообще казалось Эрику, он словно под водой находится - звуки, запахи и свет были приглушенными и неявными.
Но вот эмоции - нереально взвинчены.
Скай не только кар во двор клиники доставил, а и еще и самого Эрика в кабинет доктора Блоу завел.
Доктор, глянув в сторону Эрика, головой покачал и сразу же за успокоительным медсестру отправил.
Только после инъекции, когда Эрик хоть как-то и думать, и понимать происходящее начал, доктор попытался объяснить, что он вообще собирается делать.
- Из столицы я наконец-то получил капсулу с "жидкой кожей" - препаратом, восстанавливающим поврежденные слои, выравнивающим все недостатки и позволяющим убрать явные дефекты. К сожалению, срок пригодности к использованию препарата слишком мал, чтоб ждать до утра. Сейчас в операционной под местным наркозом проведем глубокую шлифовку и после этого на подготовленный слой эпидермы нанесем "жидкую кожу". Осложнений быть не должно. Но минимум 72 часа вам придется пробыть в регенерирующей маске. Полностью закрытой маске. Трое суток без зрения, разговоров, еды. Питание через капельницу. Вода тоже внутривенно. И... никакой гарантии. Вы на это согласны, Эрик?
- У меня есть выбор?
- Выбор есть всегда. Можно все оставить, как есть. Вы и сейчас выглядите почти нормально. Раны затянулись и не беспокоят. А внешность... Внешность - понятие относительное. Тем более для мужчины. И если вы устали и больше не захотите перемен - я пойму все, Эрик. Слишком много пришлось пережить. И, может, не стоит менять стабильность на призрачную возможность. Но я обязан был вам ее предложить. А уже соглашаться или нет - полностью ваше желание.
А Эрику рассмеяться от такого предложения захотелось - горько и зло. Куда отступать? И как уже отказываться, когда слишком близко надежда на "все будет нормально" подошла. Нет. Нет никакого пути назад.
И он, упрямо замотав головой, почти процедил сквозь сжатые нервно губы:
- Я согласен. На все согласен.
И голову опустил, чтоб доктор не заметил, как болезненно рот в неправильной ухмылке сжался. Но...
Почувствовал, как на плечо рука легла и оглянулся резко.
- Не бойся, - сказал Скай, не убирая руку. - Я буду рядом. Хоть трое суток, хоть месяц, хоть год. Я буду рядом.
И именно это было самым важным. Не стало страха.
Нет, чуть не так. Не стало страха - огромного и неконтролируемого, такого, который убивал своим присутствием. Остались разумные сомнения и опасения. Контролируемые. Понятные.
