Закат над морем пылал, переливаясь миллионами красок. Даже просто наблюдать за уходящим на покой солнцем было щемяще больно. От красоты, от того, что ты сам приобщился к такому чуду, от того, что понимаешь, насколько это чудо уникально и больше никогда не повторится.
А море вторило небу, пытаясь переиграть закат по палитре отражений... И горизонт горел...
- Красиво, - говорил Эрик, и Скай повторял за ним эхом: - Красиво.
И больше слов не было. Да и не надо было. И без слов можно было стоять, прижавшись плечом к плечу, и наблюдать за закатом вечность... И так бы этого хотелось...
Но вот первым до этого вечера никто так и не начал разговор о будущем. Словно тема будущего и отношений была табу.
И проще было молчать. Особенно сейчас. Смотреть на закат, пить вино, то самое, андалузское, стоимость которого равнялась половине годового бюджета маленькой планетки, и просто дышать рядом.
Может, действительно, легче было.
Но...
Первым не выдержал Эрик. То ли вино - тягучее, терпко-сладкое, как вишневый сок виновато было,то ли обжигающий чувства закат, но именно Эрик решил попробовать объясниться.
- Я хочу, чтобы мы были вместе... - сказал осторожно, готовый в любую минуту замолчать. - Мне кажется, я готов разделить с тобой жизнь. Мне дышать с тобой легко и свободно. И ты мне нужен, Скай. Но... Я не буду требовать, чтобы ты остался. Я не буду требовать, чтобы ты всегда был только мой и только рядом. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным или... Чтоб тебе не хватало воздуха. Я все пойму. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя. Вот и все. Без условий и обязательств. Ты мне нужен, как воздух. Ты мое небо, Скай...
А Скай... Он, не поворачивая голову, не отрывая взгляда от заката, молчал.
Ничего не говорил почти минуту и, не мигая, продолжал смотреть на затухающее небо.
Но когда Эрик, уже боясь так и не дождаться ответа, чуть отступил в сторону, Скай обернулся и, сделав шаг навстречу, вдруг вместо слов поцеловал в губы.
Бутылка выпала из руки Эрика, и баснословно дорогое вино яркими рубиновыми каплями пролилось в траву... Но было не важно. Губы Ская были по вкусу как вино и так же дурманили голову. И ненужными стали любые слова. Все и так было понятно. Скай обнимал, Скай гладил плечи, Скай целовал, Скай действительно стал небом. И больше всего на свете Эрику захотелось отдаться этому Небу и утонуть в нем. И он, не боясь, не сомневаясь ни мгновения, впустил в себя вселенную по имени Скай.
