И не выдержал - тоже руками к шрамам. По спине, по груди, по животу и ниже. И везде находил следы неправильного обращения с такой совершенной вещью. Везде натыкался на шрамы, ожоги, проколы. Порезы. Будто кто-то из прежних хозяев цель себе поставил - изуродовать совершенство.
И руку отдернул. Потому что парень, действительно, каменной статуей стоял, даже когда задевал Эрик и не до конца зажившие раны, и воспаленные места от проколов. Даже когда действительно чувствовал причиняемую, пусть и ненамеренно в этот раз, боль. А не только стыд или неловкость. Должен был стоять неподвижно. Вбили в него это послушание. Все эмоции и чувства, как кислотой с поверхности вытравив.
Муторошно Эрику стало. Страшно. Показалось, что если он сейчас этой вот рукой не просто бы тело трогал, а точно так, как и прежние господа, - бил, жег, резал - то все равно и звука не было бы. Не добился бы от раба.
- Одевайся, - сказал Эрик и отвернулся. И пока парень с вещами возился, все думал о том, что делать с тем планом, который наметил изначально.
Больше смысла не было унижать и наказывать. За него, за Эрика, эту работу уже сделали. И перестарались. Слишком перестарались.
Комментарий к Статуя
такс... ну, почти уже по заявке получилось... надо ли продолжение или хватит того, что в заявке описывалось?
От беты: проверено.
========== Вина ==========
- Не надо меня жалеть, - вдруг услышал то, что ну никак хозяин от раба слышать и не должен был. Повернулся резко, ладони в кулаки снова сжались - неужели таки издевается? Неужели игра такая...
Раб на Эрика быстро глянул, съежился, сразу голову вниз опустил и на колени...
- Простите, господин... - сказал уже с почтением и смирением, и не было в голосе того упрямства и... боли.
- Не забывайся, - Эрик пока не понимал, как себя вести и как реагировать. Не было у него никогда персонального раба. И у отца не было. Со слугами еще до аварии может не совсем как с ровней привык общаться, но, во всяком случае, самодура и требовательного хозяина никогда не разыгрывал. Отец же всегда подчеркивал, что "любого человека в любом положении прежде всего уважать надо, потому что слишком уж переменчиво в жизни каждого колесо фортуны". А Эрик не верил про переменчивость - слишком велико наследство было, слишком известен род их был на Галатее, чтоб в одно мгновение потерять все. А оказалось, зря не верил - и ни знатность, ни богатство не спасли.
Но это уже, понятное дело, после понял.
А с рабом надо было решать, что делать. И срочно.