Арпад оставил при себе комментарий о том, что тринадцатилетнего парня не так уж уместно называть ребёнком, но остальное звучало пренеприятно.
— Вы говорили об этом Бону Рполису?
— А как же, с него и начал, — недовольно пробубнил мужчина. — Охотник он, или как? Он к ним даже с проверкой сходил, но ничего не обнаружил, лопух эдакий. Будут они его по закоулкам водить, как же.
— Если гильдия назначила его наблюдателем, его заключению можно доверять, он знает как проводить осмотр, — заметил Трог.
— Не знаю, как он получил назначение, но я бы ему стену в доме не доверил найти, — сказал Арпад, прежде чем ключник успел что-то ответить. — Наблюдал я за этим героем. Вор, глупец, и, скорее всего, мздоимец.
Даже ключник, казалось, удивился его строгости, но спорить не стал.
— Прошу вас, ради всех великих богов, которым вы служите, помогите мне вернуть сына. Я знаю, что они держат людей живыми, и у меня есть шанс увидеть моего Обера снова…
— Ступай, — велел ему Трог. — Мы подумаем, что можно сделать.
Когда ключник ушёл, за столом повисла тишина. В харчевне никого больше не было, но теперь они не были уверены, что могут общаться свободно, и они решили подняться в комнату Арпада. Ушана Мого они оставили за дверью, чтобы никто их не подслушал.
— Это не Месарош, — сказал Гавейн, едва дверь в комнату закрылась и они расселись на стульях, кровати, подоконнике и даже столе. Комната была небольшой, а теперь, когда в неё забились шесть человек, казалась ещё меньше.
— Информации о других семьях в Диффоуке у нас нет, — сказал Трог. — И, если совсем уж честно, не вовремя как-то эта информация поступила. Мы только говорили, что наш приоритет — ваша доставка в Грэйсэнд…
— Не наша, а её, — поправил Арпад, кивая в сторону Норы, которая забилась в угол комнаты и не глядела ни на кого. На неё рассказ ключника повлиял особенно сильно, не то, что на толстошкурых охотников, которые уже всякого в своей жизни навидались.
— Забавное уточнение, — заметил Патрик. — Ты не собираешься в этом участвовать, или ты намерен героически пожертвовать собой, спасая девицу?
Все, кроме Норы и самого Арпада засмеялись, а Трог напомнил:
— Ты охотник Гильдии. Я теперь курирую проект. Так что без фокусов, Фаркаш, ладно?
— Но как же мальчишка и эти кровососы? — робко возразила Нора. — Мы не можем оставить все как есть.
— Мы с Патриком останемся и попробуем что-то найти, — сказал Гавейн. — Отец поручил нам узнать как можно больше, но Нору действительно лучше доставить в Грэйсэнд как можно скорее и безопаснее. Если мы что-то обнаружим, мы поставим об этом в известность всех: и отца, и вашу гильдию, и вас лично, будьте уверены… а как только прибудет подкрепление, мы прижмём как следует Йерне.
Дальнейшее обсуждение было довольно скучным: у Трога уже был готов план, и он был неплох, так что Арпад легко со всем соглашался. Лишь время от времени он поглядывал на Нору, которая больше не произнесла ни слова, и, казалось, вот-вот рухнет в обморок. Выезд из Диффоука назначили на утро следующего дня. После этого Трог Маюц и остальные удалились в свои комнаты, но Нора уходить не торопилась. Скорее всего, она просто боялась подниматься, не доверяя своим ногам.
— Ты в порядке? — спросил Арпад.
Она отрицательно покачала головой.
— Я понимаю, что это эгоистично, ведь не я одна пострадала от Месарош, но знаешь, я бы предпочла, чтобы вы меня не защищали. Если они хотят моей смерти… Возможно, это лучше, чем попасть в распоряжение к Игараси.
Арпад не знал, что на это возразить. Жизнь всегда предпочтительнее смерти, и пусть раз в несколько дней ей придётся терпеть неприятную для неё процедуру питания, всё оставшееся время она сможет посвятить чему угодно. Ни в одной семье миньоны не были так довольны жизнью, как у Игараси. Ни одному другому клану гемофилов не было так легко добывать себе пропитание.
— Но даже Игараси лучше, чем попасть сейчас в моё распоряжение, — раздался напряжённый голос от двери. — Не помешаю?
Арпад удивлённо поднял голову — в дверном проёме стояла Агата Фли: с горящими глазами, бледная, болезненного вида. Руки её мелко дрожали, как и всё тело, и Арпад поспешил подняться с кровати и уступить ей — настолько плохо она выглядела. К своему стыду он должен был признать, что забыл о ней. Он беспокоился о брате, который не явился на его зов, но совсем забыл о подруге, которой тоже направил письмо. Он думал, что Агата не получила его весточку: ведь она собиралась покинуть Вормрут. Но вот она здесь, и с ней что-то явно не в порядке.
— Что произошло? — спросил он. — Ты нездорова? Или просто…
— Я жрать хочу, — сердито заявила Агата. — У меня нет денег даже чтобы нанять донора! Просто поверь мне, братишка, ты задолжал. Так что приведи мне кого-нибудь, и когда я почувствую себя лучше, я расскажу, кто ждёт тебя под стражей в протекторате Вормрута.
— Фирмин? — встревоженно спросил Арпад.
