Его глаза презрительно скользнули по мне, словно по предмету мебели, стоящему не на месте. Он производил впечатление человека, использующего деньги так же, как другие мужчины – ботинки с толстой стелькой и внутренним каблуком – для увеличения роста.
Себастьяну явно не хотелось, чтобы тот уходил, и он попытался проводить его до лифта. Но Хэккет в дверях обернулся, быстро пожал ему руку и попрощался:
– До свидания. Продолжайте работать так же успешно.
Себастьян подошел ко мне, глаза его мечтательно сияли.
– Это был мистер Хэккет. Ему очень понравился мой проект плана на следующий год. – Он почти открыто хвастался перед секретаршей и мною.
– Я так и знала, что ему понравится, – сказала она. –
План замечательный.
– Да, но ведь заранее никогда не знаешь.
Он провел меня к себе в кабинет и закрыл дверь. Это была небольшая угловая комната окнами на бульвар и автостоянку. Посмотрев вниз, я увидел, как Стивен Хэккет подошел к красной спортивной машине и, заскочив на переднее сиденье прямо через дверцу, умчался на большой скорости.
– Отчаянный спортсмен, – заметил Себастьян.
Его обожание вызвало у меня раздражение.
– И это все, что он делает?
– Он следит, разумеется, за положением своих финансовых дел. Но активного участия в управлении компанией не принимает.
– Откуда у него деньги?
– Унаследовал состояние от отца. Марк Хэккет был одним из техасских нефтепромышленников, о которых слагали легенды. Но Стивен Хэккет делает деньги по-своему. За последние годы, например, он приобрел эту компанию и выстроил вот это здание.
– Надо же, какой молодец! Молодец да и только.
Себастьян удивленно посмотрел на меня и сел за свой письменный стол. На нем лежали фотографии Сэнди и жены в полный рост и кипа рекламных макетов, на одном из которых красовалась надпись, выполненная старинной вязью: «К чужим деньгам мы относимся со столь же глубоким уважением, как и к своим собственным».
Я подождал, пока Себастьян настроится на другую волну. На это ушло некоторое время. Ему нужно было перенестись из мира денег, в котором лучшее, на что можно надеяться, заключается в том, что тебя купит миллионер, в такой сложный и запрятанный мир своей личной жизни.
Себастьян стал нравиться мне больше после того, как я узнал, что некоторое время назад обладатель этой вьющейся шевелюры сидел, повесив голову, весь в слезах.
– Я видел вашу дочь несколько часов назад.
– Правда? С ней все в порядке?
– Внешне все в порядке. А вот что у нее творится внутри, не знаю.
– Где вы ее видели?
– Она была со своим приятелем у него в квартире. Боюсь, что желания возвратиться домой у нее не было. Похоже, что Сэнди сильно озлобилась на вас и на вашу жену.
Последнюю фразу я произнес с такой интонацией, чтобы она прозвучала как вопрос. Себастьян взял со стола фото дочери и стал внимательно смотреть на нее изучающим взглядом, словно пытаясь найти там ответ.
– Она всегда любила меня без памяти, – проговорил он. – Мы были настоящими друзьями. До этого лета.
– А что случилось этим летом?
– Она вдруг стала относиться ко мне резко враждебно, к нам обоим. Фактически прекратила с нами разговаривать.
Только когда вдруг вспыхивала, обзывала нас плохими словами.
– Я слышал, что этим летом у нее была любовная связь.
– Любовная связь? Это невозможно в ее возрасте.
– Причем несчастливая любовная связь, – добавил я.
– Кто он был?
– Я надеялся, что об этом вы мне скажете.
Его лицо опять изменилось. Рот приоткрылся, а челюсть беспомощно отвисла. Казалось, что его отсутствующий взгляд сосредоточился на каком-то предмете где-то сзади, у него за головой.
– Откуда вы это услышали?
– От ее подруги.
– Вы имеете в виду настоящую половую жизнь?
– Почти вне всякого сомнения, Сэнди живет ею, начиная с лета. Не отчаивайтесь, держите себя в руках.
Мое предупреждение не возымело действия. Себастьян весь поник, как побитая собака, в глазах его появился страх. Он положил фотографию Сэнди на стол лицом вниз, словно не давая ей смотреть на себя.
Я достал листок с планом, который обнаружил в письменном столе Дэви, и разложил его перед Себастьяном.
– Взгляните-ка хорошенько. Прежде всего, знаком ли вам почерк?
– Похоже, что писала Сэнди. – Он взял листок в руки и посмотрел пристальнее. – Да, почерк точно ее. Что это означает?
– Не знаю. Вы узнаете это место с искусственным озером?
Себастьян почесал голову, от чего один крупный завиток упал, закрыв ему глаза. Это придало ему несколько таинственный и неопрятный вид. Он осторожно поправил упавшую прядь, но вид у него так и остался неопрятным и жалким.
– Похоже на усадьбу мистера Хэккета, – сказал он.
– Где это?
– На возвышенности, прямо над Малибу. Место красивейшее. Но не знаю, для чего Сэнди понадобилось чертить этот план. Вам это о чем-нибудь говорит?
– Кое о чем. Прежде чем мы начнем говорить об этом, хочу, чтобы вы еще кое на что взглянули. Я привез вам ваше ружье, точнее, оставшиеся от него части.
– Как понимать «оставшиеся части»?
– Пойдемте на автостоянку, я покажу вам. Не хотел приносить сюда.
