Наконец мы благополучно переправились. Поддерживая Хэккета под руки с обеих сторон, мы с Лэнгстоном подвели его к фургону и усадили на заднее сиденье. Надев брюки, я снял с Хэккета свой пиджак, а его самого завернул в покрывало от сиденья, к счастью, печка в фургоне работала исправно.
Заперев машину Флейшера, я оставил ее на дороге.
Затем вернулся и обыскал багажник. Магнитофонной ленты не было. Я захлопнул крышку багажника. Двенадцать миль до Сентервила мы ехали медленно.
Отсутствовали мы часа два, но свет у Эла Симмонса все еще горел. Позевывая, он открыл нам дверь. Выглядел он так, словно спал одетым.
– Я смотрю, вы вернулись.
– Мы-то вернулись. А вот Джек Флейшер – нет. Его застрелили.
– Насмерть?
– Полголовы снесено из обреза.
– На ранчо Крага?
– Точно.
– А вы что хотели? Я всегда считал, что он там свой конец найдет.
Я не стал терять времени и уточнять, что он имеет в виду. Симмонс показал, где у него за стойкой телефон, и дал мне номер ближайшего управления шерифа в Родео-сити. Дежурным оказался помощник шерифа Пэннел.
Я сообщил ему, что Джек Флейшер убит выстрелом из обреза охотничьего ружья.
– Джек? – поразился он. – Но я же говорил с Джеком сегодня вечером. Он заезжал сюда.
– Что он сказал?
– Сказал, что едет на старое ранчо Крага. А что он там намеревается делать, говорить не стал. Но сказал, что если к утру не вернется, чтобы я с парочкой своих ребят съездил за ним туда.
– Поезжайте прямо сейчас. Не ждите до утра.
– Не могу. У меня нет патрульной машины. Моя сломана, а на новую округ выделит деньги только в январе. –
Пэннел был огорчен и смущен. – Придется мне посылать туда машину из Санта-Терезы.
– А как насчет «скорой помощи»?
– Тоже приедет из Санта-Терезы. Но ведь если Джек мертв, она ему не поможет.
– Тут не одни только мертвые. Со мной раненый. – Я не стал называть фамилию Хэккета, поскольку еще надеялся доставить его домой сам, прежде чем эта новость станет известна. – Я привезу его в Родео-сити. Подождем патрульную машину и «скорую» у вас в управлении.
Эл Симмонс сел у стойки, открыто слушая окончание разговора. Когда я положил трубку, он сказал раздумчиво:
– Забавно, как все складывается в жизни. Джек занимал эту же самую должность в Родео больше пятнадцати лет. А
Рори Пэннел был его закадычным дружком.
– Что связывало Джека с ранчо Крага?
– Не очень-то хочется говорить. – Однако глаза его светились от желания все рассказать. – Джек мертв и все такое, а он женат. . был женат. Мне не хотелось бы, чтобы это дошло до миссис Флейшер.
– Другая женщина?
– Да. Я считаю, у Джека были свои хорошие качества, но он всегда за юбками бегал. Еще в самом начале пятидесятых волочился за бабенкой, что жила на этом ранчо. И
по-моему, своего он от нее добился. – Симмонс криво ухмыльнулся. – Заскакивает, бывало, ко мне, берет ящик пива и прямиком мчит туда на всю ночь. Да и как его винить за это: Лорел Блевинс была лакомый кусочек.
– А муж ее не возражал?
– Думаю, он и знать ничего не знал. Его подолгу не было. Скотину свою он всю зарезал. Когда не охотился, мотался по горам с этой штуковиной. . ну, как она у художников называется?
– С мольбертом.
– Вот-вот. Воображал из себя художника. А сами с женой и мальчонкой жили, как грязные индейцы, в этом сгоревшем домишке. Можно ли после этого винить бабенку за то, что она увлеклась Джеком? Пятнадцать лет назад он был красивым парнем, и денежки у него всегда водились. От владельцев доходных домов в Родео перепадало. Когда Блевинс бросил Лорел, Джек снял ей квартирку в одном таком доме у Мэйми Хейгдорн. Мне это сама
Мэйми и говорила.
– А что стало с Блевинсом?
– Так и уехал куда-то скитаться. Прирожденный был неудачник.
– А мальчик?
– Не знаю. Затерялся во всей этой суматохе.
«Лучше бы и совсем потерялся, – подумалось мне, –
чем возвращаться сюда и мстить за свое прошлое, которое он уже не в силах изменить даже с помощью обреза».
Я задал Симмонсу несколько наводящих вопросов о
Дэви, и Эл вспомнил его. По крайней мере, он видел, как мужчина или парень, сидевший за рулем зеленой малолитражки, свернул к ранчо вчера утром. Нет, он не видел и не слышал, чтобы тот возвращался оттуда этой ночью.
– А другая дорога оттуда есть?
– Есть перевал на северо-западе. Но там только на вездеходе можно проехать, особенно в такую непогодь.
С улицы засигналил Лэнгстон. Мне оставалось еще одно. Я позвонил в дом Хэккета в Малибу и сказал снявшей трубку Рут Марбург, что везу ее сына домой.
Она громко расплакалась. Затем начала задавать мне вопросы, но я прервал ее. Сказал, что мы едем на «скорой помощи». Хотя сын ее вроде бы не особенно пострадал, он совершенно без сил, весь вымок и сильно переохладился.
Хорошо бы она побеспокоилась, чтобы к нашему приезду в доме находился врач.
Я сказал ей, что приедем мы в шесть утра.
Глава 23
Помощник шерифа Рори Пэннел оказался тощим, костлявым мужчиной лет сорока с пышными каштановыми усами. Он очень сильно заикался. После известия о смерти
Джека Флейшера он, очевидно, стал заикаться еще сильнее.
