Ответить ему никто не успел, потому что, сшибая деревья, словно тростинки, на поле вывалился неприлично гигантский бык. Он был метра четыре в высоту и где-то семь в длину — огромная махина перекрученных мышц, а ещё, судя по всему, очень злая. Увидев шесть туш на земле, чудовище гневно взревело, а затем прямо с места рвануло вперёд, с оглушительным грохотом пролетев всё поле и закончив маневр в небольшой роще, находившейся по левую руку от отряда. За собой оно оставило глубокую колею, а те заросли, где монстр остановился, перестали существовать: часть деревьев было запущено в небо, а другая превратилась в щепки, разлетевшиеся по округе.
Но не это было самым главным — по-видимому, огромный бык был ещё тупее своих сородичей, потому что совершил разгон как раз через плотно стоящие остатки стада, превратив их в неаппетитные лепёшки.
Слов, чтобы описать ситуацию, у Зефира не было. Это было бы даже смешно, если бы этот гигантский монстр не стоял между отрядом и их законной добычей.
Неожиданно рядом раздалось учащённое дыхание. Повернув голову и увидев красную и тяжело дышащую блондинку, командир уже хотел было поинтересоваться, в чём дело. Когда Милажена, обнажив меч, попросту сорвалась с места и быстро направилась прямо к громадному быку, что водил своей титанической башкой из стороны в сторону в поисках противников.
— Она совсем ку-ку? — проводил девушку взглядом Леопольд, а енот на плече Зефира согласно тявкнул.
— Видимо, да, — командир поспешил перебраться к товарищу и укрылся рядом с ним за деревом.
Блондинка меж тем выбежала на поле, а затем воспользовалась своей странной способностью и преодолела метров пятьдесят пространства, в одно мгновение оказавшись рядом с быком и с ходу полоснув того по морде, тем начиная эпичное противостояние.
Бой девицы с громадным монстром был захватывающим: юркая и быстрая Милажена скакала рядом с чудовищем, постоянно уворачиваясь от его неуклюжих ударов и жаля противника, а когда тот пытался разогнаться, то благодаря своей способности попросту исчезала с траектории движения монстра. Правда, все ее усилия были словно комариные укусы этому исполину, а чудовище только больше свирепело. Понимала это и девушка, которая в один из моментов создала вокруг своей кисти какие-то призрачные когти сантиметров двадцати в длину и не иллюзорно прочертила ими по морде противника. Удар оставил глубокие и кровоточащие борозды на голове, а правый глаз монстра размером с арбуз попросту вытек. Это событие послужило спусковым крючком для быка — он еще больше рассвирепел и ускорился, принявшись натуральным образом гонять блондинку вокруг себя, которая, судя по всему, начала к этому времени выдыхаться.
— Поможем? — полуутвердительно спросил чернявый.
Зефир же в этот момент прикинул, смог бы он уклониться от способности твари, и уточнил:
— Увернуться сможешь?
— Не знаю, — честно ответил Леопольд. — Не уверен.
Товарищ действительно уступал командиру в скорости. Во-первых, это было связано с тем, что у него было улучшено всего четыре основания, а во-вторых, Зефир изначально превосходил чернявого по физическим показателям из-за того, что сожрал с енотом непонятную фигню еще в начале своего путешествия через лес.
— Тогда жди здесь, а лучше вообще немного отойди, — Зефир скинул с плеч сумку и достал из нее толстую деревянную палку сантиметров тридцати с закругленными концами — его ультимативное оружие, которым он рассчитывал завалить монстра с одного удара.
К счастью, артефакт немного восстановился после интенсивного использования в живом замке и сейчас должен был послужить еще раз.
— Ты тоже давай куда-нибудь спрячься, — посмотрел парень на енота.
Упрашивать мехового не было нужды, и через секунду он оказался на плече у чернявого, а командир, отложив в сторону новенькое копье, купленное в городе, вытащил из ножен меч и, взяв деревянный жезл в левую руку, сорвался с места. Ему нужно было поспешить, потому что сумасшедшая дама с суицидальными наклонностями только что смачно отлетела от быка и, видимо, подниматься не планировала.
Милажена проигрывала этот бой. Запасы эны таяли прямо на глазах, в мышцах поселилась усталость. Но сдаваться девушка не хотела — просто не могла — и продолжала сражение. Ведь только в противостоянии с сильным противником она чувствовала себя по-настоящему живой, а мир каким-то магическим образом обретал краски. Ей даже дышалось свободнее в эти моменты.
Было ли это из-за разочарования в культе или из-за того, что она просто пребывала не в себе — блондинка не могла ответить и даже не пыталась. Ей просто нравились сражения, в которые она постоянно ввязывалась. Да и сама суть адептов и чемпионов Всемогущей Бойни заключалась именно в битвах и самосовершенствовании, отчего девушка продолжала упрямо состоять в культе, даже несмотря на то, что их собственному божеству никто из последователей нужен не был.
Между тем временные союзники девушки решили не встревать в битву, которую она сама и спровоцировала. И, в общем-то, правильно делали, так как этот громадный бык разорвал бы их в клочья.
