Правда, почему Ночка и Веселина не одевались поскромнее, раз возникла такая проблема, Зефир не понимал. Но с пониманием женского пола у него часто возникали проблемы, поэтому он не стал уж очень глубоко размышлять на эту тему.
В дополнение к этому командир увидел в воспоминаниях девушки себя, а главное — свое лицо со стороны, когда он мечтательно пялился на пепельноволосую красавицу. И большего дебила, конечно, было сложно найти. У Зефира и вправду в первые их встречи исчезал с физиономии любой намек на интеллект, когда объект его интереса появлялся в поле зрения.
В общем, в этот раз видение было очень длительным, хоть и несколько выборочным. А когда парень вернулся в действительность, то потерял счет всякому времени, проведенному там.
— Леопольд, сколько? — крикнул он.
— Минута, не больше, — удивил голос друга.
— Что? Что происходит? — очнулась девушка на руках.
Однако молодой человек не стал отвечать, а подбежал к туннелю и сгрузил ее со словами:
— Принимайте еще одну! Я за Брутом!
Хоть с момента начала всей этой странной истории в реальном мире прошло не так много времени, Зефир уже изрядно устал от просмотра вороха чужих и довольно личных воспоминаний и отчаянно надеялся, что у Брута ничего подобного не будет.
Ну какие воспоминания могут быть у енота? Как он чесал зад? Или подглядывал за женщинами? К слову, последнее звучало даже немного воодушевляюще, поэтому юноша прибавил скорости и практически в мгновение ока оказался у мохнатого, подхватив того на руки.
Вот только действительность, как обычно, преподнесла сюрприз, и парень оказался сторонним наблюдателем чего-то совсем уж странного. Так, все обозримое пространство опять поглотила непроглядная тьма, но в этот раз прямо посреди ничто висел большой диск, освещенный сверху ярким светом, идущим, как будто, из ниоткуда. На поверхности этого диска с одной стороны стоял на задних лапах енот, а с другой стороны напротив мохнатого находился молодой парень.
Обратив пристальное внимание на Брута, Зефир заметил, что тот был совсем маленьким, не больше полуметра в высоту, а еще вел себя, как настоящий зверь: скалился, рычал, показывая зубки, и очень сильно трусил, отчего меховое тельце периодически потряхивало. В дополнение к этому его шерсть встала дыбом, а самое главное — в глазах отсутствовал даже намек на тот изощренный интеллект, которым енот зачастую пользовался не по назначению.
Человек напротив был не менее занимательным. Во-первых, у него были миндалевидные, раскосые глаза и черные неопрятные волосы давно не знавшие стрижки, а также рябое и прыщавое лицо.
Во-вторых, его одежда была очень необычной. Темные, сидящие на нем, как мешок, штаны, и такого же цвета то ли туника с длинными рукавами и капюшоном, то ли непойми что. На ногах у парня были тапочки с очень красивыми рисунками практически полностью обнаженных девушек с гигантскими глазами и непропорциональными головами. Они прикрывали свои прелести маленькими квадратиками материи на ниточках и призывно звали к себе. И при всем при этом одежда на вид была сделана качественнее, чем все, что Зефир когда-либо видел.
Финальным штрихом на лице у этого типа присутствовали очки, но опять же такой изумительной и тонкой работы Зефир раньше не встречал.
Тем временем черноволосый парень произнес что-то на незнакомом языке, причем рожа у него была донельзя пафосная, а затем решительно направился походкой раненой утки к еноту. Подойдя вплотную к рычащему зверю, он вытянул руку, а затем начало происходить что-то совсем дикое, потому что части Брута стали превращаться в пыль и втягиваться в оппонента.
Эта сценка по градусу безумности стояла наравне с глюками Зефира, которые тот пережил в свой первый раз. Но несмотря на это, командиру всё равно очень хотелось крепко пожать шею этому ублюдку. Вот только была одна проблема — он всё ещё был бесплотным зрителем, который никак не мог повлиять на события в видении. И, скорее всего, Зефир видел перед собой воспоминания, изменить которые было попросту невозможно.
Между тем отвратительная сценка с пожиранием Брута продолжилась, а когда от зверя осталась только половина, он наконец-то сообразил, как сопротивляться, и начал пытаться поглотить таким же странным образом человека перед собой. Только весовые категории у них были не равны, и енот схватку, очевидно, проигрывал. И вот когда от мохнатого остались сущие крохи, на диск внезапно залетело какое-то небольшое зеленоватое облако.
В тот миг, как Зефир его увидел, то почувствовал необъяснимое родство с этой штукой. Будто встретил давно потерянного брата-близнеца, разлученного с ним при рождении, или даже кого-то еще ближе. И пока командир пытался разобраться в себе и понять, что это все могло значить, зеленоватый сгусток быстро разогнался и врезался в спину черноволосого, начав быстро поглощать его.
