Чувствуя себя неловко, когда они просто с любовью смотрят друг на друга, я пытаюсь вернуть нас в нужное русло и как можно быстрее увести Талию от Самаэля.
– Самаэль, ты согласен с этими условиями? Готов ли ты выставить дозорных на своей стене и сообщать о готовящихся нападениях?
– А если люди вторгнутся на наши земли, мне будет позволено их убить? – насмехается он.
– Конечно. Они знают правила, – отвечает Акуджи. – Они заходят в наши земли и умирают.
– Но с вами двое людей, – замечает Самаэль.
– Двое невинных людей, которые пришли сюда в поисках убежища, – сузив глаза, практически шипит Акуджи. – Если хочешь добраться до них, тебе придется пройти через меня. – Он подталкивает Арию к одному из своих воинов и широко раскидывает руки, с вызовом откидывая голову назад. – Давай, Самаэль, я здесь. Брось мне вызов, если хочешь.
Блестяще, мы ничем не лучше животных.
Но это срабатывает, и Самаэль покоряется... пока. Мы все знаем, что это ненадолго.
Это не в его характере.
– Так я и думал, – усмехается Акуджи. – Хватит воевать с нами, сосредоточься на наших врагах. Они хотят что-то взять с нашей земли, возможно, развязать новую войну. Мы должны сплотиться как один народ, как одна боевая единица. Только так мы сможем выжить. Мы не будем кровожадными монстрами, которых они создали и выпустили на свободу. Мы будем воинами, защищающими наш город, наш народ и наш дом. Не мы это начали, но если они придут за нами, то получат битву, которую не смогут выиграть.
– Ух ты, это было горячо, – замечает Ария. Мы все смотрим на нее, и она ухмыляется. – Упс, забыла про ваш потрясающий слух.
– Ладно, – соглашается Самаэль.
– Мы затаимся и будем играть в долговременную игру. Держим связь между нашими людьми. – Акуджи смотрит на меня в поисках ответа.
– Мы продолжим попытки разобраться в исследованиях, которые они хотели провести, и в том, что они означают. Пока у нас нет достаточных ответов, – туманно отвечаю я, не выдавая себя.
Акуджи кивает, довольный.
– Хорошо, держите меня в курсе. Самаэль, дай нам знать, когда самка заговорит, и если ты не сможешь с ней справиться, отправь ее в мое племя. Ария узнает от нее правду.
– Клуб девочек. – Она поднимает руку и оглядывается по сторонам, когда мы хмуро смотрим на нее. – Монстры не дают пять? Тогда ладно. – Она опускает руку.
Сзади меня раздается хихиканье, которое заставляет меня улыбнуться - это Талия. Звук такой невинный, такой беззаботный, что у меня замирает сердце. У меня чешутся пальцы, чтобы притянуть ее к себе и никогда не отпускать.
– Значит, мы все знаем, что нужно делать. Нам лучше вернуться к нашим людям и разнести весть. Я пришлю вам обоим оружие, – заявляет Акуджи, не понимая, что я подумываю украсть свою спутницу и убежать куда подальше, где она будет в безопасности от всех и вся, но не могу. У меня долг перед народом, всем народом, и Талия все равно не позволит мне этого сделать.
– Нам оно не нужно – прошипел Самаэль.
– Отлично. Катон?
– Нам бы не помешало. Я тренировал своих людей. Хоть им и не нравится убивать, но нам не хватает на всех оружия, — признаю я.
– Хорошо, я пришлю немного. Если люди хотят войны, они ее получат.
ГЛАВА 25
Я не хочу отпускать Арию, не потому что боюсь, а потому что буду искренне скучать по ней. Не знаю, когда мы снова увидимся и увидимся ли вообще. Во мне теплится надежда, но в этом мире нет ничего определенного.
Все может случиться.
Я чувствую перемены на горизонте, перемены... войны.
Люди хотят начать новую войну.
Я обнимаю Арию, тигр заставляет ее отстраниться, и она смеется. Пообещав общаться через гонцов, я смотрю, как подруга уходит со слезами на глазах. Как только Ария исчезает из виду, я поворачиваюсь к Катону. Он обнимает меня и крепко прижимает к себе, тепло и безопасность, которые он предлагает, мгновенно заставляют меня расслабиться.
– Ш-ш-ш, Талли, все в порядке. С ней все будет хорошо. Очевидно, что Акуджи любит ее. Он сделает все возможное, чтобы защитить ее, а это уже немало. Я бы не стал с ним шутить.
Я смеюсь, поднимая голову, чтобы встретиться взглядом с Катоном.
– Как ты всегда знаешь, что сказать? – пробормотала я, вглядываясь в черные глубины его взгляда.
Ухмыляясь, Катон оскаливает клыки, наклоняясь и прижимаясь лбом к моему.
— Потому что мы одинаково мыслим, мой маленький человечек. – Не отрываясь от меня, Катон отдает приказ остальным. – Передайте: усилить патрули и дежурства на стенах. Я хочу, чтобы все были в состоянии повышенной готовности. Я встречусь с вами в гнезде. Сначала мне нужно кое-что сделать. – Не дожидаясь ответа своих воинов, Катон на полной скорости взлетает со мной на руках.
Уткнувшись головой в его грудь, я закрываю глаза и прислушиваюсь к стуку его сердца, позволяя ему унять мою тревогу. Движения тела Катона плавные, и он крепко прижимает меня к себе, пока бежит. Я не знаю, куда мы бежим. У него есть какие-то планы, и я не могу протестовать, если это означает, что я могу побыть с ним.
