Эван опустился в кресло напротив стола инквизитора и огляделся. Кабинеты всегда выдают своих хозяев – вот и этот молчать не стал. Дубовые деревянные стены, надежные и созданные на века. Простые белые шторы на окнах, пропускающие зыбкий свет уличных фонарей, – символ открытости. Из многочисленных ламп включена только настольная, погружающая кабинет в полумрак, в котором прячется огромная вычислительная машина, пахнущая смазкой и разогретой пылью. На столе легкий бардак из бумаг и папок. Впрочем, такой же бардак творился и на столе самого Эвана, когда тот с головой уходил в работу. В урне множество мелких бумажек, Эван с удивлением узнал обертки от карамелек. М-да. На небольшом столе в дальнем углу три статуи: Созидатель, Сокрушитель, которому, собственно, и служит Инквизиция, и неожиданно Сочувствие – богиня, которую почитают женщины.
Дрейк заметил косой взгляд, но предпочел его проигнорировать.
– Можно задать вам вопрос? – вкрадчиво (или просто устало) спросил адер Дрейк, садясь за свой стол.
– Это имеет какое-то отношение к делу нериссы Ренар?
– Нет… – неуверенно ответил инквизитор.
– Тогда нет. Давайте сразу перейдем к делу.
Адер Дрейк еще раз внимательно оглядел Эвана и кивнул, соглашаясь.
– Дело в том, что мне требуется ваше разрешение на обследование нериссы Ренар. С нее слетела печать, она маг, возможно, уже на стадии перехода в ведьму… И не смотрите так.
– Как?
– Испепеляюще, лер Хейг. Не я разрабатывал стадии болезни женщин-магов, иначе никакой стадии ведьмы там бы не было. Пожалуйста, подпишите бумаги, разрешающие мне оказать помощь нериссе Ренар.
Он достал из папки бумаги и положил их на стол перед Эваном.
– Нет, – просто сказал он.
Бумаги на столе начали тлеть. Дрейк задумчиво посмотрел на пепел на столе, и тот сам собой полетел в урну.
– Жаль… Может, все же обсудим это дело? На нериссу Ренар поступило заяв…
– Донос. Это называется донос, адер Дрейк. Нам с вами нечего обсуждать.
Эван протянул Дрейку заранее собранную папку с документами Виктории.
– Если вы внимательно изучите бумаги, то поймете, что донос той гнуси к моей невесте и опекаемой не имеет никакого отношения. И я через суд добьюсь имени того, кто написал этот донос.
Дрейк быстро пробежал глазами по документам, оставалось надеяться, что прочел он внимательно. Эван собрал все документы, вплоть до детских. Проверки печати у Вик проходили почти регулярно после шести лет, потом был перерыв. Последняя запись, подтверждающая наличие печати, – три дня назад за подписью Деррика.
– Вопросы, адер Дрейк? – вежливо спросил Эван.
– Я бы хотел сам проверить печать…
– Отказано.
– Выслушайте меня…
Эван чуть подался вперед, чтобы инквизитор точно все понял.
– Я вам уже однозначно сказал: нет. Вы не приблизитесь к нериссе Ренар. Я не позволю вам…
– …всего лишь проверить печать?
– Пугать нериссу Ренар.
Адер Дрейк с улыбкой возразил:
– Я не столь пугающий, как вы думаете.
– Вы инквизитор, этим все сказано.
– Пожалуйста, выслушайте меня…
– Пока Ренар находится под моей опекой, вы не получите от меня разрешения. Даже не надейтесь. Никакой наговор гнуси, придумавшей заведомую ложь, не поможет вам добраться до нериссы Ренар. Документы, подтверждающие наличие печати у нериссы Ренар, свежие, оформлены по всем правилам, так что в проверке не нуждаются.
Адер Дрейк вздохнул:
– Дело еще и в том, что нерисса Ренар сама призналась, что она маг. Позвольте…
Дрейк под напряженным взглядом Эвана встал, подошел к работающему вычислителю и загрузил туда кристалл потенцита, который достал из ящика стола. Погудев и проморгавшись лампами, вычислитель загрузил запись, и Эван нахмурился, запоминая голос: «Как давно у вас слетела печать?.. Тори, я вам не враг… Чуть-чуть потяну, потерпите…» Это точно не голос Дрейка, уже хорошо. И тут усталый, почти безжизненный голос Вик ответил: «В шесть лет». Эван делано зевнул и заметил, перекрывая голоса на записи:
– Во-первых, это чушь. Голос, чуть похожий на голос моей подопечной, признается в том, чего нет. Печать на Виктории Ренар есть, и документы, подтверждающие это, вы видели.
Адер Дрейк остановил запись, чтобы не приходилось повышать голос.
– Послушайте дальше, там Ренар…
– Некто, чей голос схож с голосом Ренар. Экспертизы записи, я так понимаю, у вас нет. Она может оказаться подделкой. Оговором. Я даже причину этого знаю.
– И какая же причина? – с интересом спросил адер Дрейк.
Он по-прежнему стоял у вычислителя, опираясь на его металлический корпус спиной.
– Нерисса Ренар хочет стать первым детективом на службе полиции Тальмы. Я полностью поддерживаю ее стремление, но многие, очень многие против этого. Они готовы на все, Ренар пережила три покушения. Поверьте, обвинить ее в том, что она ведьма, эти люди тоже могут. Запись – подделка.
– А если нет?
– Что «нет»?
Адер Дрейк чуть склонил голову набок:
– Что, если запись верна и Ренар маг? Вам дать послушать запись до конца?
Чуть громче, чем надо бы, Эван сказал:
– Не собираюсь слушать! Это однозначно оговор!
– Вы понимаете, чем грозят магия и пользование ею без защиты?
– Более чем.
– Тогда вы дадите разрешение на обследование Ренар?
