Утомленная длинным днем, Вик мечтала об одном – об отдыхе. И о ванне. Или о ванне и отдыхе. Ладно, она мечтала сразу о трех вещах: ванна, отдых и тайна дневников семейства Бин. А еще список их знакомых, опрос, служба Стеллы… Спать-то когда? Хорошо, что дело Алька можно оставить Дрейку, хотя бы на время. Вик зевнула. Нет, поспать точно нужно. Потом будет обход с опросом особо часто упоминаемых в дневниках, если такие есть. И потом…
– Ух! Видели, да? – сбил ее с мысли Шарль.
Он, почти приплясывая, то обгонял Вик, то пристраивался рядом.
– Что, Шарль? – вынырнула из своих размышлений Вик.
Шарль вновь повторил:
– Видели, какой адер Дрейк? Как он этого мальчишку держал?
– Прости?
– Держал! – излишне восхищенно повторил мальчишка. – Когда адер Дрейк прибыл по следам этого Полли в Поля памяти, тот уже того… синеть начал! Отошел, стало быть. Но адер Дрейк – он у-у-ух! Он пошел в Колодец за его душой и вернул ее!
Вик даже с шага сбилась. Дрейк – некромант?! Это же пусть еще не запрещенное, но крайне опасное искусство! Храм его не одобряет.
Из Колодца Смерти всегда возвращаешься другим. И идти туда, рискуя своей душой, за мальчишкой, простым бедняком-циркачом… Дрейк – или святой, или безумец, готовый любой ценой раскрыть преступление. «И кем бы он ни был, держаться от него точно надо подальше», – в который раз напомнила себе Вик. И ведь знала, что не сдержит обещания. Отец шутил, что все любопытство, отмеренное богами семье Ренар, досталось ей одной.
Спуститься в Колодец Смерти за душой мальчика… Это же… невероятно! Вик улыбнулась солнцу, новому дню и солнечным зайчикам, пляшущим в лужах, оставшихся после утреннего дождя. Она Дрейку лампадку поставит в храме за его здоровье… Хотя он дореформист, а она – из истинного Храма. Лучше она Дрейку кулек конфет купит… Надо же, спас мальчика и хвастаться этим перед Вик не стал, лишь прикрылся грехом гордыни. Да это не гордыня, а гордость за хорошо сделанное дело! И теперь хотя бы ясно, откуда известно имя мальчика, ведь души не лгут. И ведь Дрейк мог же просто задержать душу мальчика, расспросить ее об убийцах, но нет, он ее держит, пытается вернуть.
Шарль продолжал и продолжал сыпать словами, которые, кажется, сами из него лились:
– Он его еле-еле уговорил! Понимаю этого Полли, я бы тоже не пошел за каким-то мужиком. А вот адера Вифания – другое дело! Она у-у-ух, даже круче адера!
– Почему?
Шарль обогнал Вик и чуть ли не заплясал от счастья:
– Да потому что она бабушка! У всех были бабушки, которые их любили и баловали! Это не какой-то мужик, уговаривающий вернуться из небесных покоев, это бабушка, которая ждет не дождется родного внука!
Вик вздрогнула и спросила:
– Ты тоже умирал?
– Угу. Инфлюэнца. Три года назад. Меня адер Дрейк тогда звал-звал, а я не пошел. А вот за адерой пошел! За ней не пойти сложно, она сама адера Дрейка учила ходить в Колодец. Вот!
У Вик сердце на миг замерло от неожиданности, в животе словно ком льда возник. Адера Вифания… Она, получается… маг?..
Шарль ничего не заметил. Он хлопнул себя по карманам.
– Ой, хотите конфетку? Мне адера дала, попросила лисичке передать. Я в зверинец завтра наведаюсь, да, думаю, тамошней лисе хватит и одной карамельки. Да и зачем лисе карамельки? Я лучше вас угощу! Только вы адере Вифании ни слова, хорошо?
– Хорошо…
– У нее рука – у-у-ух! Такая тяжелая! Когда я объявил, что за то, что она меня с того света вытащила, положу свое сердце на алтарь богов… У-у-у, она так подзатыльник мне отвесила! Вся голова звенела! И сказала такая: «Я тебя для чего спасла? Я тебя спасла, чтобы ты человеком стал! Вот станешь человеком, отдашь долг жизни богам, отпустившим тебя еще пожить, – тогда и иди в храм! А до этого – ни-ни!» Она, говорят, и адеру тоже подзатыльник отвесила.
Шарль мог болтать не останавливаясь, но Вик все же спросила:
– А ему-то за что?
– За то же самое. Он тоже решил сердце на алтарь положить, и она ему – у-у-ух! И того. Подзатыльник… Он… у него там… с невестой что-то не то… он и… В общем, адера Вифания до сих пор его ругает. Ты, говорит, от богов бегаешь, да от ответственности. На свете столько девушек, значится! Он ей в ответ: я не племенной бык, чтобы, значится, это… то самое… ну, того… чтобы… – Шарль стремительно покраснел, а потом скомканно продолжил: – А она ему: «Я твоих внуков собираюсь нянчить, а с тобой не то что внуков – детей не увидишь!» Тебя, говорит, боги за что одарили? За то, чтобы это самое… детям передал и дальше, стало быть. А он – в храм. А адера Вифания ему – хлоп! «От внуков, значится, не сбежишь, инквизитором станешь! Долг у тебя перед богами за талант, за магию, за везение! А ты от судьбы за стенами храма прячешься!» Вот! Тогда, стало быть, она и отвесила ему подзатыльник!.. Ух, как сложно быть магом! А уж женщиной-магом – тем более!.. Только я вам ничего не говорил!
Вик не сдержала улыбки. Шарль – просто находка для шпиона! Тот, заметив ее улыбку, тоже расплылся.
– Хорошо жить, да ведь?
– Очень, – согласилась Вик.
– Эх, жаль только, что адер и адера все никак не придут к согласию…
– В чем?
