То, что меня так быстро отпустили, наводило на невеселые мысли. Еремей уверен, что мы с Зойкой причастны к исчезновению денег, и не зря отправил меня домой, ребята сядут мне на хвост и понаблюдают, что я буду делать. А мне надо как-то предупредить Зойку. Господи, сделай так, чтобы она получила мою телеграмму. Ей нельзя возвращаться. Кубики в сумку, конечно, положила Зойка, а мои сейчас лежат где-то в кабаке, очень возможно, в кармане Еремея. Он про них не просто так спросил, и они не просто так исчезли. Кубики — улика, а самое страшное, что у Зойки их не окажется… только бы она получила телеграмму.
Юркий «БМВ» я приметила в нескольких метрах от ресторана. Теперь он на малой скорости плелся сзади, совершенно не собираясь скрывать своих намерений. Ну и правильно, я бы все равно не поверила, что меня отпустили без сопровождения — Я купила мороженое, поглядывая в витрину напротив. Окно «БМВ» было открыто, парень курил, лениво разглядывая толпу, а я начала демонстрировать полнейшую безмятежность, шла не торопясь к своему дому, размахивала сумкой и ела мороженое. На перекрестке мне показалось, что парни куда-то исчезли, но, входя в арку свое-го дома, я вновь обнаружила их. «БМВ» вынырнул из-за угла и укрылся на площадке за акациями.
В квартире за это время кто-то основательно пошарил. Доллары, оставленные на черный день, исчезли, а вот дедово наследство — мраморная скульптурка — валялась на полу, к счастью, целехонькая.
— Уроды, — покачала я головой, водворяя ее на прежнее место, и стала наводить в квартире порядок. В комнате Палыча тоже все перевернуто вверх дном, он сам отсутствовал.
Часа через два я пила чай на кухне, время от времени поглядывая в окно. «БМВ» из-за кустов не увидишь, но что-то мне подсказывало, что он все еще там. Около одиннадцати я понемногу успокоилась и даже смогла поужинать. Если бы Зойка вернулась, то к этому моменту обнаружила бы себя — например, позвонила. Выходит, телеграмму она успела получить, и это дает нам краткую передышку.
Хлопнула входная дверь, я вздрогнула, потом с надеждой подумала: Палыч. Шагов не было слышно.
— Дед, — крикнула я. — Дед, это ты? — Ни звука. Впрочем, это на него похоже, сил хватило лишь на то, чтобы дверь открыть. Я вышла в коридор, свет не горел, из прихожей по-прежнему ни звука. — Набрался, что ли? — проворчала я, делая еще один шаг и пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте. Потянулась к выключателю, в то же мгновение чьи-то руки сомкнулись на моем горле. На секунду перед глазами вспыхнул ослепительный свет, потом все залило красным.
Что-то я чувствовала… Мы спускались по ступенькам (говорю «мы», потому что двигаться самостоятельно я не могла), хлопали двери, ветерок коснулся щеки… машина… да, я на заднем сиденье, характерный звук, мы куда-то едем. Тошнота наворачивается, я пытаюсь удобнее устроить голову, в ней что-то вспыхивает время от времени, причиняя невыносимую боль.
Еще одна вспышка, что-то холодное на моей шее. Я открываю глаза. Какие-то лица, наяву, в бреду?
— Где Зойка? — настойчиво спрашивает знакомый голос. Я смеюсь в ответ. — Где она?
Я думаю о Волге, она большая-пребольшая, плавно течет. Волга все шире и шире, это уже не река, это море… точно. Каспийское. Волга впадает в Каспийское море… вы что, не знали? Ну, ребята… Конечно, в Каспийское, а есть еще Черное. В него тоже впадают реки, например. Дон, знаете такую реку? Ростов-папа, и все такое, .. Краткий курс географии. В том месте, где Волга впадает в море, стоит город Астрахань. Там пахнет рыбой.. Эх, сколько рыбы в этой самой Астрахани… Почему он спрашивает о Бардине? На кой черт ему Бардин? Но если интересно, я могу рассказать. Южный город, поезд… В висок что-то вкручивается, как штопор, боль такая, что я тихонько поскуливаю сквозь зубы. Я слышу, значит, существую… И вдруг все кончилось. Меня куда-то бросило, тело, странно вращаясь, падало все ниже и ниже, а мозг окутала темная пелена…
