Да, я же еще не сказала тебе, как меня называют дети! «Вавала Киловна»! Оказывается, имя Варвара им ни за что не произнести. А уж Варвара Кирилловна – тем более. Я подумала, что им стоит называть меня тетей Варей (ладно, может быть, тетей Валей), но Туранская настаивает, чтобы дети обращались к воспитателями непременно по имени-отчеству. Так что я теперь «Вавала».
Утром позвонила Настя. Спросила, познакомилась ли я с Ильей Кухаренко. Я ответила – нет. Конечно, она удивлена. Я бы тоже была удивлена, если бы узнала, что кто-то бросил всё, чтобы стать ближе к своему избраннику, но за два месяца так и не удосужился с ним познакомиться. Да что там познакомиться! Я даже имени его за эти месяцы не слышала ни разу.
Намерение позвонить ему в Вельск было у меня со дня приезда. И решимость была. И даже повод уже был придуман.
Но сначала навалились дела хозяйственные – я красила раму в своей комнате (пока еще лето и сухо), потом – знакомилась со своими подопечными и коллегами, пыталась вникнуть в обязанности воспитателя.
Нет, я не ленюсь. Я встаю в шесть утра, умываюсь, пью кофе и топаю в спальню к своей малышне, где уже проснулся какой-нибудь обормот и теперь пытается разбудить остальных. Я помогаю нянечке Тоне Акопян умыть их заспанные розовые мордашки, сменить маечки и штанишки и веду их завтракать. А завтрак – это аттракцион не для слабонервных. Вероника, например, ест как птичка, и на какие только ухищрения не приходится идти, чтобы запихнуть ей в рот хоть несколько ложек вязкой и неаппетитной на вид каши. А Степан, наоборот, любитель стащить что-нибудь с чужой тарелки.
Нужно ли говорить, что обед проходит еще хлопотнее – потому что там они едят уже суп, который после обеда оказывается не только в их желудках, но и на одежде, и на столе. Некоторые (например, Эдик) к пяти годам самостоятельно есть не научились. Он пытается держать ложку в руках, но если ему не помогать, то донести ее до рта у него не получается.
Прогулка – это тоже не возможность отдохнуть, а возможность побегать. От крыльца – к металлической горке, потом – к качелям и маленькому турнику.
А вечером они категорически отказываются спать – кто-то снова хочет кушать, кому-то нужно игрушку в кровать, кто-то просит прочитать сказку. Сейчас мы читаем русские народные сказки про животных – книга большая, с красивыми картинками. Туранская убедительно просила книжку детям в руки не давать, поэтому картинки я показываю им издалека. Вот – зайчик, вот – лисичка, вот – медведь.
– А правда, я на лисичку похожа? – зевая, спрашивает Арина.
Я подтверждаю – да, правда, и глажу ее по ярко-рыжим волосам.
Илья Кухаренко сейчас для меня тоже где-то там – вместе с лисичками и ежиками – в сказке.
Трудно думать о романтике, если у тебя едва хватает сил добраться до кровати.
О приезде наших шефов из регионального отделения партии «Единая Россия» Туранская сообщает за завтраком. Фамилий она не называет, и не факт, что среди них будет Кухаренко, но новость все равно оказывается волнующей, и я чувствую легкий озноб.
Сидящая рядом Зоя подходит к делу с практической стороны.
– Опять генеральная уборка, – морщится она. – И чего им всем тут надо?
Она отставляет в сторону тарелку с недоеденными макаронами.
– Аппетит пропал. А я сегодня маникюр хотела делать.
Маникюр приходится отложить. Во время «тихого» часа мы с ней вдвоем вешаем в столовой шторы. Шторы красивые, лимонного цвета, с воланами. Шинкующая капусту тетя Надя радуется вслух.
– Надо же, как засветлело вокруг!
В другое время столовая обходится без штор. Меня это уже не удивляет. Я до сих пор не могу отстирать от маслянистых пятен свое светлое платье с отложным воротничком. «На них не напасешься» – так говорит Зоя.
Из столовой мы переходим в актовый зал. Там до сих пор висят агитационные плакаты с прошедших выборов. На одном – фотография Ильи.
– А разве плохо, что шефы приезжают? Они, наверно, не с пустыми руками приезжают, подарки привозят.
Зоя ловко забирается на подоконник и снимает с карниза паутину.
– Привозят, конечно. Конфет, может, привезут, памперсов. Нам-то что за корысть? А хлопот с ними сколько! Туранская любит, чтобы всё шик-блеск было. В прошлый раз одна моя малявка прямо во время концерта на сцене платье с себя стянула – не привыкла в нарядных платьях ходить. Все поют, а она стриптиз устраивает. Конфуз был! Туранская меня потом целый час отчитывала. А откуда я знала, что она такое устроит? А пацаненок из швабриной группы пожаловался, что его тут плохо кормят – думал, ему домой разрешат съездить за харчами. Только какие у него там харчи при матери-алкоголичке? И своего не добился, и Туранскую заставил оправдываться. Нет, лучше бы они подарки по почте присылали.
Я подаю ей шторы – на сей раз из зеленого, местами истертого бархата – и поворачиваюсь в сторону фотографии Кухаренко.
– Зоя, а это кто?
Она прицепляет шторы к карнизу и спрыгивает на пол.
