— Вы, конечно, вправе ничего мне не рассказывать. Я не следователь и не судья, я не могу вторгаться в ваше прошлое…
— Мое прошлое? Я не сделала ничего такого, за что мне было бы сейчас стыдно.
— Ну, если так — тогда расскажите все сами.
— Николай Андреевич, может быть, не стоит вам забивать этим голову? Я уйду, и вы просто забудете обо мне.
— Ну раз уж вы действительно собрались уходить, то, думаю, ничего не потеряете, если все мне расскажете.
— А вы уверены, что хотите это знать?
— Я не просто хочу — я на этом настаиваю. Олеся помолчала.
— Хорошо, я вам расскажу…
Когда Рука с Лехой зашли в склеп на Старом кладбище, Бейбут и Миро были уже внутри.
— Здорово, ромалы! — развязно начал Рука. — Заждались?
Цыгане молчали, но взгляды их были красноречивее всяких слов.
— Ладно, что смотрите? Деньги принесли?
Бейбут все так же молча показал бандитам дипломат. Леха потянулся было к нему, но Бейбут тут же спрятал дипломат за спину, а Миро выступил на шаг вперед и закрыл отца.
— В чем дело? — занервничали бандиты.
— Деньги вы получите только тогда, когда слиток будет у Зарецкого, — ответил Миро.
— А как же вы узнаете, что Зарецкий уже получил золото?
Бейбут молча достал мобильник.
— И как только раньше люди обходились без мобильных телефонов? — иронично спросил Леха.
— И не говори, — ответил Рука.
— Так вот, — заговорил Бейбут, — как только золото окажется у Баро, вы получите деньги.
— Ладно, мы подождем. Нам спешить некуда.
В это же время Баро подъехал к пустому обрыву над Волгой недалеко от города — может быть, к самому красивому месту на всей великой реке. Солнце уже встало над левым берегом и осветило отлогий склон с обнажившимися слоями древнего ила, густую траву, небольшие скалы у воды и широкую, спокойную, древнюю, как Русь, но каждый раз новую Волгу.
Однако Баро было сейчас не до того, чтобы любоваться пейзажем. Он вышел из машины. Место вроде бы то самое, как сказал Форс. А Рыча нигде нет.
Рыч появился совершенно неожиданно, как будто из-под земли вырос.
— Ну, здравствуй, хозяин, — проговорил он, ухмыляясь.
— Я тебе не хозяин, подонок!
— Конечно. Теперь, скорее, я хозяин положения.
— И ты этому радуешься?
— А почему бы и нет? Приятно видеть, как сам великий и могущественный Баро идет ко мне на поклон.
— Не дождешься, чтоб я тебе кланялся!
— А ты это уже сделал. Теперь все зависит от меня, как я захочу — так и будет! Это раньше Рыч был для тебя мальчиком на побегушках, а теперь…
— А теперь стал вором и вымогателем, — резко оборвал его Баро. — Ты предал свой род! Ты своими грязными руками осквернил нашу святыню!
— Хватит меня воспитывать, Баро, — я человек свободный!
— Это ненадолго. Ты еще за все ответишь!
— Эх, Баро, Баро. Да я с твоими деньгами сорвусь в такие места, где ты меня вовек не найдешь.
— Если успеешь. Где золото?
Рыч протянул красивую яркую подарочную коробочку.
— Прошу!
Как только Баро взял коробочку, Рыч тут же набрал по мобильнику Удава:
— Алло, это я. Все сделано — золото передал. Удав тут же позвонил Руке, — Рука, ты на месте?
— Да, мы здесь, — послышалось из телефона.
— Рыч отдал золото — можете брать деньги!..
Максим сидел в зрительном зале театра и смотрел, как на сцене танцует Кармелита. Она протянула к нему руки и поманила к себе. Максим, как зачарованный, пошел к той, которая его звала. Но, когда он поднялся на сцену, Кармелиты там уже не было. Максим стал повсюду искать ее глазами.
Вдруг кто-то окликнул его сзади, Максим обернулся — перед ним стоял Миро с ножом в руке. Мгновение — и нож пролетел в сантиметре от головы Максима. И тут он разглядел, что перед ним не Миро, а Рыч.
Бывший охранник метнул в него второй нож. Лезвие опять воткнулся рядом с Максимом, он тутже выдернул нож из щита, размахнулся и вонзил его в Рыча…
И только тут увидел, что вместо Рыча перед ним стоит Бейбут. Бейбут с воткнутым в тело ножом протянул Максиму руку.
В этот же момент кто-то схватил Максима за плечо и стал изо всей силы трясти.
— Максим! Максим! Проснись! Проснись, слышишь! — Это был Палыч.
Максим, ничего не понимая, оглядывался по сторонам. Они были в котельной.
— Фу ты, — выдохнул он с облегчением.
— Ты так кричал во сне, Макс… Ты меня криком разбудил.
— Подожди, а как же это мы оба так отрубились? Надо ж идти к Зарецкому!
Стой, а где золото?! — Максим вскочил, слиток выпал у него из-за пазухи и ударил по ноге.
— Так ты ж сам себе его за пазуху сунул — с ним на сердце и уснул.
Максим поднял слиток и задумчиво на него посмотрел.
— Неудивительно теперь, что такое вот приснилось. Золото, похоже, и вправду волшебное. Пошли к Зарецкому — вон, утро уже давно.
— Пошли.
…Рука нажал на мобильнике "отбой" и показал трубку цыганам.
— Все, золото уже у Зарецкого. Деньги — на бочку!
— Нет, — не спешил Бейбут. — Сначала он сам мне позвонит и скажет об этом.
— Ты что, старый, мне не доверяешь? — Рука двинулся к Бейбуту, но между ними тут же вновь вырос Миро.
— Ладно, ладно, не дергайтесь, — стал успокаивать Леха. — Черт с ними, дождемся звонка Зарецкого.
