Айрон кивнул. Мы ехали молча, напряжение ощущалось в каждом взгляде, в каждом звуке.
Когда до выхода из города оставалось два квартала, Айрон резко дёрнул тормоз.
— Всё. Дальше пешком. Иначе нас точно засекут.
Мы выскочили наружу. Ночь стала гуще. Улочки были пусты, но не казались безопасными. Мы двигались перебежками, переходя от одного укрытия к другому. Город молчал, но что-то в этом молчании наводило ужас. Оно было слишком… подготовленным.
Наконец мы вышли из переулка, и я увидел ворота.
Пусто. Ни одного человека.
Тех, кому доверял Айрон, здесь не было.
Он остановился как вкопанный. Я видел, как медленно напряглись его плечи.
— Засада, — сказал я, тихо.
Я сжал рукоять меча. Металл был холодным, как сама ночь. Айрон шёл рядом, его огромный молот висел за спиной, но я знал — это так, для вида. Если дело дойдёт до боя, он врежет кулаком так, что от противника мокрое место останется.
— Ты уверена? — спросил я, глянув на Эмилию.
Девушка кивнула, хоть в глазах плясал страх. Она сжала кинжал обеими руками.
— Я боюсь... — честно призналась она. — Но… если Апостолы меня схватят, вы знаете, что будет. Лучше... я сделаю всё, что смогу.
Айрон тихо усмехнулся.
— Говоришь как солдат.
Мы вышли из-за угла, пригибаясь. Прятались в тенях, крались, как крысы. Возле ворот стояла повозка — простая, как мы и договаривались. Вроде бы всё чисто. Странно. Даже слишком.
— Открыты… — пробормотал я, указывая на ворота. — Может, генерал перепутал, думал, мы выйдем в другом месте?
— Или мы попались, — мрачно ответил Айрон.
Мы переглянулись. Время поджимало. Неважно, ловушка или нет — упускать шанс нельзя.
— Бежим! — крикнул я и сорвался с места.
Повозка уже почти рядом. Ветер в лицо, сердце стучит, как бешеное. Вот она, свобода, ещё немного — и…
С грохотом ворота рухнули вниз, ударившись об землю с таким звуком, будто молот громовержца врезался в скалу. Из потолка выехала клетка, перекрыв путь.
— Засада! — прорычал Айрон.
Из зданий, из переулков, со стен — солдаты. Десятки. Тяжёлые доспехи, копья, щиты. Они нас окружили.
Я поднял меч.
— Готов? — спросил я Айрона.
Он шагнул вперёд. Его мышцы начали наливаться, расти, покрываться темноватыми прожилками. Кожа стала толще, словно оделся в невидимую броню. Даже ростом он стал выше меня на голову.
— Сейчас прорвёмся, — буркнул он, вжимая кулаки.
Но прежде чем мы успели сделать шаг, голос Эмилии позади разрезал воздух.
— Пригнитесь!
Мы рухнули на землю. И в следующую секунду… всё вспыхнуло.
Огненный шар пронёсся над нашими головами, врезался в щит одного из солдат, и тот загорелся, словно сухая солома. Второй — ещё один, больше, быстрее. Она швыряла фаербол за фаерболом. Потоки огня вырывались из её рук, поливая ряды солдат, их вопли разносились по всему кварталу. Пламя разгоралось на броне, по одежде, по телам. Живой факел за живым факелом — они падали, катались по земле, но огонь не щадил.
— Воу… — выдохнул я.
— Убейте их ! — закричал кто-то из солдат, в панике пятясь.
— Кай! Рычаг! — крикнул Айрон.
Мы с ним рванули вперёд, пока Эмилия продолжала жечь. Рядом горела бочка, дальше — уже целое здание полыхало. Я прорубал путь мечом, Айрон — ломал всё, что попадалось на пути. Его кулаки разносили кости. Один солдат с копьём получил удар в грудь — и улетел метра на четыре, впечатываясь в каменную стену.
Я заметил рычаг — металлический, ржавый, но целый. Дополнительный механизм, который позволяет открыть ворота.
— Вижу! — закричал я.
— Прикрою! — крикнул Айрон и встал передо мной, как живая стена.
Я вцепился в рычаг обеими руками. Он не поддавался. Скрипел. Металл дрожал. Ещё. Ещё… щелчок — и я дёрнул его на себя.
С грохотом ворота начали подниматься. Медленно, но поднимались.
Я обернулся… и сердце сжалось.
Эмилия стояла посреди площади, руки опущены, лицо бледное, глаза стеклянные. Она покачнулась и рухнула навзничь прямо в пламя.
— ЭМИЛИЯ! — заорал я.
Бросился к ней, выдернул из огня, обжёг руки, но не чувствовал боли. Я поднял её на руки. Лёгкая, как кукла. Тёплая… она дышит. Просто потеряла сознание. Перерасход магии. Она была не готова к такому.
Айрон уже забрался в повозку, которая стояла под поднятыми воротами. Я заскочил следом.
Лошади рванули с места. Мы вылетели из ворот, прочь из города.
Позади пожар. В небе полыхало пламя, солдаты метались в панике. Но мы — мы были на свободе.
Я взглянул на Эмилию. Её ресницы дрогнули.
— Всё хорошо, — прошептал я. — Мы выбрались.
Айрон кивнул.
— В форт.
Колёса скрипели, пыль летела в глаза, ночь глотала нас, унося прочь от ада.
Но я знал — это была только первая битва.
Мы ехали молча.
Колёса повозки глухо гремели по неровной дороге, раскачивая нас то влево, то вправо, будто убаюкивали. Но ни один из нас не мог уснуть. Ни в эту ночь, ни, может быть, в ближайшие дни. Мы покинули столицу… и вместе с ней что-то важное. Что-то, что уже не вернуть.
