Я решительным шагом направилась к дверям. Деревянные, высокие, крепкие, потемневшие от времени. Надо постучать, но чем? Я огляделась в поисках дверного молотка или чего подобного. Пока я вертела головой туда-сюда, Артур просто потянул дверь за круглую кованную ручку на себя.
И она открылась. Хладные братья или как там их назвал Лаэрт, незваных гостей не опасались и двери не запирали. Оно и понятно. На такой-то высоте. Если к ним кто и заберется, то его будет видно еще за несколько километров. На подлете я обратила внимание, что к воротам монастыря по склону извивается ленточкой широкая тропа и она хорошо просматривается на всем протяжении сверху.
Мы вошли вслед за Артуром. За дверью оказался квадратный внутренний дворик, атриум. Монастырь был построен в форме прямоугольной базилики. Большой. Напротив нас на той стороне дворика располагался храм с круглым куполом. По углам часовни. Свет попадал внутрь через арки второго этажа, но все равно было как-то…
Сумрачно.
Под ногами брусчатка из квадратных обтесанных камней, плотно пригнанных друг к другу, так что даже швов не разглядеть. Пол гладкий, обсидианово-черный, блестит как мрамор. С обеих сторон ряды колонн, поддерживающих крышу. Вдоль стен изящные скульптурные композиции. Все в готическом стиле. Стрельчатые окна, арки, стремящиеся ввысь. Воздуха много, красиво.
Мы осторожно пошли вперед, оглядываясь по сторонам. Людей, если можно было назвать людьми вампиров, нигде не было.
Из храма доносилась красивая мелодия. Скрипка.
Я заслушалась. Только скрипка умеет звучать так пронзительно, плакать человеческим голосом и задевать те самые струны души, про которые и не догадываешься. К скрипке добавился хор мужских голосов. Пели что-то протяжное, слов не разобрать, но по ритму похоже на молитву. Интересно каким богам молятся вампиры? И чего у них просят? Ведь душу свою им уже не спасти, да и есть ли она у них, эта душа…?
Дверь в храм чуть приоткрыта, я направилась прямиком туда, но Лаэрт успел перехватить меня за руку.
— Подожди. Не стоит сейчас. Они закончат службу, сами выйдут. Прерывать как-то… невежливо.
Я передернула плечами. Последнее про что хотелось думать, это про вежливость. Но Лаэрт, конечно, прав. Они нам нужны больше, чем мы им. От их доброго к нам расположения многое засвистит.
Ладно, подождем… Я обернулась и еще раз оглядела монастырь. Красивый. Можно долго рассматривать и лепнину, и архитектурные изыски, и скульптурные композиции. На стенах причудливые узоры, нарисованные глазурью. Видно, живущие здесь монахи — великие ценители искусства.
— Почему их называют «Хладные братья»? Просто потому, что вампиры? Неживые? — спросила я у Лаэрта.
— Вид такой. Довольно редкий. Оборачиваются не в летучих мышей, а в хладнокровных земноводных. В ящериц.
— Да я что-то такое слышала… А почему монастырь? Почему не живут общинами среди людей, как остальные?
— У них обет — отказ от употребления крови.
— Человеческой? — удивилась я.
— Любой. Ни людей, ни даже животных не пьют.
— Ого! — сказала я уважительно. — Почему-то думала, что для вампиров это невозможно. Физически. И чем же они питаются?
— Не знаю, никогда не задумывался. Теперь у нас будет возможность спросить их об этом лично, — улыбнулся мой друг.
Я подошла к одной из арок, откуда открывался потрясающий вид. Он завораживал. Монастырь построили на высоком скалистом уступе. Вокруг постройки, притулившейся одной стеной прямо к горному склону, возвышались тонкие острые пики. Монастырь прятался в них будто в царской короне. А внизу расстилались красивейшего вида горы, и тысячи известняковых скал необычных форм. Они возвышались тут и там будто сотворенные неизвестным мастером каменные идолы. Узкие каналы между ними напоминали причудливые узоры, а мрачные пещеры придавали горам особую таинственность. Вид был так необычен, что вызывал и восторг, и трепет.
— Красиво. Да? — спросил подошедший сзади Лаэрт.
— Да. Очень. А почему горы называются Разрезанными?
— С этим названием связано много легенд. Одна из них рассказывает, что однажды на гору спустились небесные демоны, но спустя какое-то время решили, что окружающий ландшафт слишком скучен для них. Они распилили гору пополам и украсили ее фигурами. С тех пор эту местность окрестили Распиленные, а после уже название трансформировалось в Разрезанные горы. Причудливым каменным образованиям местные жители дали имена. Некоторые из них довольно забавны: Перст дьявола, Голова слона, Одноногий верблюд и так далее. Место примечательное, пользуются популярностью у туристов и паломников, последователей культа отказа от крови у вампиров. Хоть добраться сюда и непросто.
За разговорами я не заметила, что скрипка стихла. Вздрогнула, только когда сзади неожиданно раздался низкий бархатистый голос:
— Приветствую вас, путники… Что вы ищете в нашем монастыре и как здесь оказались?
