Артур представил нас. Я кивнула с вежливой улыбкой, стараясь не переборщить с надменностью. Ике даже притворяться не пришлось. Она никого вокруг не замечала.
— Нет! Что вы! Как мы можем быть против? Ваши гости — наши гости! В клубе еще не было таких красавиц, да что я говорю в клубе! Во всей столице не сыщешь девушек изысканней.
Слова распорядителя лились как мед, губы улыбались, но цепкий взгляд выдавал в нем прожженного дельца. «Легко говорить о гостях женщинах, в мужском клубе, когда в нем нет ни одного посетителя. А ссориться с Артуром, который жертвует на нужды клуба кругленькие суммы, недальновидно. Тем более из-за таких пустяков. Хотя, впрочем, мне-то что? Мы приехали сюда не развлекаться, а с определенной целью» — думала я осматриваясь.
Нечасто доводилось бывать мне в местах, где эксклюзивность и роскошь превыше всего. Да ладно «нечасто», честнее будет сказать — «никогда». Повсюду дорогущие материалы отделки: мрамор, золото и хрусталь. Стильная мебель явно спроектирована под заказ. Стены украшены картинами и другими произведениями искусства. Все это было призвано создавать утонченную, элитарную атмосферу. Такая роскошь не для всех. Для избранных.
Впрочем, клуб все же был охотничьим, поэтому картины изображали сцены охоты, тут и там встречались рогатые трофеи. Возле входных дверей замерло, подняв лапы и оскалив пасть, чучело огромного черного медведя.
— Может быть вы хотите пообедать? Я скажу, чтобы накрыли стол, — распорядитель махнул куда-то в сторону, где, вероятно, располагался ресторан.
— Нет, не утруждайтесь. Мои гости приехали осмотреть территорию. Начнем с каминного зала. Хочу похвастаться картиной, которую мой прадед Джакомо подарил клубу.
— Да! Конечно! «Шахматисты» — шедевр мирового уровня. Щедрость и меценатство вашей семьи поистине… не имеют границ.
— Распорядитесь, пожалуйста, чтобы в каминный зал принесли напитки и закуски. Мы бы хотели побеседовать какое-то время наедине.
Мужчина учтиво наклонил голову, принимая просьбу-распоряжение, и медленно удалился.
Артур знал расположение залов, и мы быстро оказались в нужном. Вот уж действительно не зря он назывался каминным. Огромный бронзовый, украшенный скульптурами двух полуобнаженных нимф, с кованными решетками, камин занимал чуть ли не треть стены. Я еле сдержала восторженный возглас, настолько он был красив. На огромной пушистой шкуре, постеленной вместо ковра, друг напротив друга стояли несколько глубоких кресел с высокими спинками, между ними — стол для игры в шахматы. Над камином висела та самая картина.
2.
С первого взгляда картина не производила сильного эффекта. Мы остановились в метре от нее и внимательно рассматривали каждую деталь.
Сразу заметен, конечно, мужчина в зеленом плаще с рыжей бородой. Взгляд у него хмурый, тяжелый… недобрый взгляд. Из головного убора торчит криво стоящее красное перо. Петушиное?
Деталь яркая, бросается в глаза. Художник явно изобразил ее не просто так. Петушиным пером метят самого Дьявола. Кресло, на котором он сидит, украшает зловещая голова рычащего льва, его лапа опирается на человеческий череп. Намекает на вероятный результат партии?
Напротив — молодой юноша. Выражение лица и поза, будто окутаны тоской. Грустно, с сочувствием смотрит на него ангел. Похоже не доглядел за своим подопечным ангел-хранитель… или вот-вот недоглядит.
Между ними шахматная доска. На чем это она стоит? Уж не на саркофаге ли? Играют в склепе? Возможно… Над ними простирается свод, арка которого образована двумя ящерицами в форме монстров с деформированными головами, которые ползают с потолка по колоннам, опираясь на свои когтистые лапы.
Усиливает мрачность паук, карабкающийся на поверхность саркофага. Изображен реалистично, от этого гадко. Я поморщилась. Не люблю насекомых.
Герои картины играют в шахматы. Дьявол конечно за черных. И всё.
Эта партия олицетворяет борьбу Добра и Зла? Или нет? В чем подвох?
Я обернулась на своих спутников. Артур и Лаэрт так же, как и я, молча смотрели на картину. Ике же отошла от нас в сторону и разглядывала большое круглое зеркало в тяжелой золотой раме, висящее на стене.
— Артур, ты что-нибудь понимаешь? — с надеждой спросила я. — Что все это значит?
— Да не особенно, — тот задумчиво почесал затылок. — А ты Лаэрт?
— Совершенно ничего. Я от этих ваших столичных интриг вообще далек.
Его слова внезапно оборвал смешок Ике. Мы обернулись на девушку, смотрящую на себя в зеркало.
— Ты, Лаэрт, так думаешь, что далек. Но на самом деле опутан ими с ног до головы, как и все остальные, — довольно громким поучительным тоном произнесла девушка. Как всегда, неожиданно она вынырнула из своих раздумий и вернулась в реальный мир.
— Что ты имеешь ввиду? — озадаченно переспросил Лаэрт, но Ики лишь неопределенно пожала плечами и не удостоила его ответом.
— Давайте вернемся к личности самого Джакомо, — принялся размышлять Артур вслух. — Он был колдун и не совсем в своем уме.
— О! Уже «не совсем в своем уме», а до этого говорил «вздорный сумасшедший старикашка», — хмыкнула я.
Артур посмотрел на меня и улыбнулся.
