— Вы в горизонтальном полете. Скорость триста пятьдесят. Сзади водит носом "мессер", до которого сто метров. Времени секунда. Ваши действия?
Строй молчал, новички непонимающе таращились на Виктора. Прошла секунда, пятая, десятая и лишь тогда Остряков понимающе захлопал глазами и, выдвинувшись, взялся за кисти рук Саблина.
— Прибрать газ, — сказал он и толкнул левую руку Виктора к его животу, — а потом ручку вбок и на себя. — И ногу еще можно дать.
— В штопор решил самолет загнать, да? — решил уточнить Виктор.
Остряков залился румянцем и утвердительно кивнул. Остальная молодежь загудела, предлагая свои варианты, но было уже поздно. Остряков опередил всех прочих. "Значит явно не дурак, — подумал Виктор, — умеет думать. Вот только налет мал. А с другой стороны, главное чтобы голова хорошо варила, а свое он еще налетает. Решено! Скажу Шубину, чтобы этого дал".
— Хорошо, — сказал Саблин, — принимается. А теперь, пожалуй, займемся самым важным на войне делом. Шагом марш в столовую!
Пара истребителей кружила в небе, гоняясь друг за другом. Ревели тысячесильные моторы, срывались с крыльев потоки воздуха, перегрузки вдавливали летчиков в сиденья. Однако, с земли это воспринималось иначе. С земли казалось, что в небе кружатся две жужжащие мухи и только опытный взгляд профессионала мог различить все нюансы учебного боя.
— Хорошо б-бьются, черти, — генерал-майор отвел взгляд от неба и посмотрел на стоящего рядом Шубина, — к-к-кто в небе?
— Лейтенанты Саблин и Ларин.
— Са-Саблин, — комдив прищурился, — с-седой такой? Как же п-помню. Тот, что за один д-д-день жениться успел? Это у него голая д-д-девка нарисована?
— Так точно, он, — сразу ответил Шубин, — а второй Ларин, тута вчера в полк прибыл. Племянник товарища…, из ПВО перевелся.
Генерал молча кивнул и уставился в небо.
— Про Б-б-баранова слышал? Командира семьдесят третьего?
— Сбили его недавно, — Шубин пожал плечами, — подробностей нам, тута, не доводили.
— Летчику его, Соломатину, Г-г-героя дали. Отмечали всю ночь. А утром ему л-лететь, "пешки" на Сталино п-п-прикрывали. Вот его "мессера" и по-по-подрезали. Так что, с-с-смотри мне.
Генерал вновь уставился в небо. Там, к тому времени, один из истребителей захватил преимущество по высоте и теперь яростно атаковал второго, вынуждая его спускаться все ниже и ниже.
— Ишь ты, — сказал комдив, — на вертикалях п-п-переиграл. М-м-молодец! Кто это?
— Саблин, — Шубин лишь мельком глянул в небо, — его двадцатьчетверка выше. Мой ученик, еще в сорок первом, тута, со мной ведомым летал.
Генерал одобрительно цокнул языком.
— Кстати, Ларин, тута, раньше звеном командовал, — Шубин решил воспользоваться моментом, — а у меня из командного состава не хватает только штурмана второй эскадрильи. Вот думаю, может Саблина поставить на эту должность? Летчик он хороший, — комполка показал вверх, — в полку его уважают. А Ларина на его место.
— С-саблин х-х-хулиган, — генерал поморщился. — Это он з-зимой твоего П-пруткова убить х-хотел?
— Прутков не мой, Прутков вообще мудак, — не очень дипломатично ответил Шубин. — На той неделе приносил, тута, на себя наградную. На подпись. В полку тута, у заслуженных летчиков наград меньше чем у начштаба. Как так? А с Саблиным у него личные мотивы. Живут, тута, как кошка с собакой.
— Х-хватит! У меня в-ваши с П-прутковым дрязги в-вот где, — комдив чиркнул большим пальцем себе по горлу. — С-скоро обоих сниму к чертям с-собачьим… Про Саблина твоего п-подумаю. Хотя… х-хорошая идея. В тридцать первом гвардейском должность замкомэска тоже вакантная, — он усмехнулся, глядя как вытянулось у Шубина лицо и снова сказал. — П-подумаю.
Дорога от аэродрома, сплошь зеленая от разросшегося спорыша, была мягкой. Недавний дождь прибил всю пыль, освежил воздух. Летчики возвращались с аэродрома пешком. День, забитый учебой под завязку, заканчивался. Остались позади длительные занятия по тактике, набившие оскомину, многократные тренажи на земле и нудные предполетные инструктажи. Все это разбавлялось короткими полетами. Впрочем, короткие минуты, проведенные в небе, вновь сменялись разборами полетов, инструктажами, тренажом и лекциями. Полк готовился к боям, натаскивая молодежь, слаживая подразделения.
