Она открыла глаза и увидела, что Хесус серьезно смотрит на нее.
— В этом твоя дочь была права, — сказал он.
Хесус сам был этому живым доказательством. Он поведал ей свою историю еще в самый первый день, когда они возвращались в его квартиру после завтрака. Его родители приехали в эту страну без гроша за душой и работали с утра до ночи, чтобы обеспечить лучшую жизнь для Хесуса и его братьев и сестер. Хесус, как самый старший, был единственным из детей, кто не пошел учиться в колледж. Вместо этого он сразу после средней школы устроился на работу, чтобы помогать семье материально. К двадцати одному году, даже с учетом того, что часть своего заработка он каждую неделю добросовестно отдавал родителям, ему удалось отложить достаточно денег, чтобы купить подержанный грузовик и начать свое дело. Это был бизнес по уходу за участками его богатых клиентов из Беверли-Хиллз, который за двадцать пять лет бурно разросся. Теперь у него было два грузовика и полдюжины наемных рабочих.
— Да, в какой-то степени это и в самом деле правда, — согласилась Консепсьон, думая, что для тех, кто подобно Хесусу стремится к достижению успеха, здесь действительно все может быть очень здорово. Но она приехала в эту страну не для того, чтобы искать лучшей жизни для себя на земле
Хесус, который, видимо, не совсем понял ее, спросил:
— А почему это не может стать правдой и для тебя? Салазар говорил, что никогда не видел человека, который работал бы так усердно, как ты. И поверь, тебе не придется заниматься уборкой до конца твоих дней. Здесь есть курсы, на которые ты можешь пойти, чтобы научиться тому, что понадобится тебе в поисках лучшей работы, за которую платят больше денег.
Консепсьон покачала головой.
— Я все равно не получу зеленую карту. А если и получу, я не собираюсь оставаться здесь настолько долго, чтобы искать другую работу. Мне нужно попасть в Нью-Йорк.
Хесус потупился, его плечи обвисли.
— Я надеялся, что твои планы изменятся, — пробормотал он, бросив на нее погасший взгляд.
— Нет, — уверенно ответила она.
— А после этого ты еще вернешься сюда?
Консепсьон отрицательно помотала головой.
— Это моя дочь мечтала попасть в Америку, а не я, — тихо произнесла она.
Хесус с несчастным видом продолжал смотреть на нее. Сидя за столом среди грязной посуды, оставшейся после ужина, он напоминал большого унылого медведя.
— Я понимаю. Значит, ты твердо решила?
Ей была невыносима мысль о том, что Хесус воспринял ее слова как что-то, имеющее отношение лично к нему, и поэтому она решилась поведать ему свою историю до конца. Она рассказала о пожаре и его ужасных последствиях, о том, как бессовестный Перес предлагал ей деньги, о своем решении добраться до сеньоры и встретиться с ней лицом к лицу. Когда она изложила Хесусу свой план, наверняка кажущийся диким и нереальным, на лице его читалось одно лишь сомнение, несмотря на то что он внимательно, не перебивая, слушал ее.
— А чего ты надеешься достичь, встретившись с этой женщиной лично? — спросил он, когда она закончила.
Если бы Консепсьон услышала хотя бы нотку осуждения в его голосе, то сразу же решительно прекратила бы все это обсуждение, но она видела, что он спрашивает из любопытства и, возможно, беспокойства за нее.
— Я узнаю это, когда придет время, — заявила она.
— Что ты узнаешь?
— Действительно ли она раскаивается в том, что сделала.
— А если нет?
Выражение лица Консепсьон стало жестким.
— Тогда ей придется это сделать.
Хесус побледнел.
— Уж не хочешь ли ты сказать, что…
— Что я собираюсь причинить ей вред? Нет, — нетерпеливо перебила его Консепсьон. — Но есть и другие способы заставить человека расплатиться.
— Например?
— У меня есть одна идея. — Эта мысль пришла ей в голову однажды ночью, когда она убирала в одном из офисов. В корзине для мусора она нашла выброшенную газету, и на глаза ей попалась статья об одной актрисе из популярного телевизионного шоу. Та обвинялась в непредумышленном убийстве водителя автомобиля, с которым она столкнулась, сев за руль в нетрезвом состоянии. С момента приезда Консепсьон в страну ее английский существенно улучшился — она старательно учила язык, слушая учебные ленты на магнитофоне, который ей одолжил Хесус, — так что она сумела понять общий смысл. В статье говорилось о том, что в результате скандала актрису выгнали из этого шоу. Хотя ей удалось избежать тюремного заключения, карьера ее была уничтожена, а будущее оставалось туманным. — Сеньора Армстронг хорошо известна в этой стране, — напомнила она Хесусу. — И если я расскажу свою историю газетчикам…
На лице Хесуса по-прежнему было сомнение.
— Это один вариант. А второй — просто уйти.
— Но почему я должна делать это? — удивленно спросила она.
— Хотя бы по той причине, что, судя по тому, что ты мне рассказала, совершенно не ясно, знала ли эта сеньора до пожара о нарушении мер безопасности на фабрике.
— Она должна была это знать! Там все делалось только по ее указанию.
— Тем не менее ты говорила, что именно управляющий, этот Перес, приводил в исполнение эти меры.
