Я вздохнула, дав слово при первой же возможности помолиться за Лэрзена в храме Светоносного. Если останусь жива, то даже службу закажу – и пусть косо на меня смотрят, мне всё равно. Тёмные или светлые – какая разница, главное поступки. А мне не за что было на него жаловаться.
- Ты чего? – Сона подошла ко мне, положила руку на плечо.
- Ничего, просто взгрустнулось. Ты говорила, что можешь мне помочь с маскировкой…
- А то! – довольно фыркнула ведьма. – Мать родная не узнает! Мы тебя перекрасим, прическу сменим, над лицом поколдуем и утрём нос этой тупой солдатне. Брр, достали, проклятые, чтоб им всю жизнь икалось!
Я думала, Сона воспользуется магией – но нет, её оружием стали хна, ножницы и самодельная палетка для макияжа. Тело моё намазала какой-то коричневой субстанцией, отчего оно стало смуглым, будто у жительницы южных земель. В корсет щедро напихала мешочки с песком, отчего я вдруг резко превратилась в красотку с выдающимся бюстом. Скорректировала форму бровей, с помощью угля сделав их более густыми и прямыми. Ещё одна женская хитрость с контуром – и у меня пухлые аппетитные губы. Умело сделанный макияж визуально изменил форму лица.
Рассматривая в зеркале загорелую красотку с копной медных волос, мелкими кудрями падавшими на плечи, я не могла узнать в ней себя.
- Немного экзотично получилось, зато на жительницу Империи совсем не похожа, - прокомментировала работу Сона. – Всё необходимое я тебе с собой дам, как краситься, ещё раз объясню. Загар, если не мыться, долго продержится. Ты как, обойдёшься без ванной?
Жить захочешь – и не на такое пойдёшь. Я даже согласна не умываться: боюсь, повторить шедевр ведьмы не получится. Интересно, где она этому научилась?
Снабдив меня небольшим запасом провизии и кучей полезных женских мелочей (мои, увы, были безвозвратно потеряны), Сона отпустила меня вместе с оборотнем в ночь – так безопаснее.
Я вместе с вещами ехала на мерине Лгора (новом, ещё более коренастом и флегматичном), а сам он в образе медведя бежал рядом, отпугивая наглую ночную нечисть. А её было немало, как только люди не бояться по ночам выходить из дома? В то же ночное ходить.
Мне и самой становилось страшно, когда очередная пара глаз пялилась на меня из темноты. Да и оборотень, хоть и знакомый, тоже не домашний зверек – мало ли, что в голову взбредет, вдруг у них в животном обличии сознание меняется?
Утром выбрались к какой-то крупной деревне.
Лгор задержался в кустиках, попросив кинуть туда сложенную с вечера в дорожный мешок одежду – в порядок себя приводил. И меня смущать не захотел.
Позавтракали в трактирчике возле большой дороги. За счёт оборотня, что приятно. Мои деньги, слава всем богам, при мне остались, я ведь не дура, чтобы бросить кошелек на том поле. Хоть и напугалась до смерти, но, когда одежду собирала, взяла. Но раз уж мне предложили, я отказываться не стала, да и недорог мой завтрак: яичница, пара кусков хлеба с маслом и бурда, которую трактирщик называл чаем.
До нужного места добрались на следующий день – далеко же меня занесло!
Тёмное время суток я благополучно провела на постоялом дворе, потому что при всем своем желании не вынесла бы нового ночного перехода, да и мрак не вызывал добрых чувств. Лгор поворчал, но согласился. Ещё до заката ушёл куда-то, может, охотиться. А на рассвете я уже, зевая, жевала завтрак в компании этого здоровяка. Аппетит у него отменный.
Оборотень жил на окраине той деревушки, где я с ним повстречалась. Дом с кузницей стоял на отшибе, на берегу мелкой речушки; за ним был разбит огород. Я даже удивилась: оборотень – и выращивает овощи! Или это для отвода глаз?
Пока я разглядывала крепкую постройку (видно, что не вчера возвели), Лгор расседлал мерина и отнёс мои вещи наверх. Потом заглянул в кузницу, проверил, не случилось ли чего в его отсутствие. Завидев какого-то человека, сделал мне знак лезть на чердак. Я и полезла, обнаружив вместо скопища пыли и паутины пригодный для жизни уголок. Тут даже постель была – тюфяк, набитый соломой. Я прилегла на него, закрыла глаза и позволила себе вздремнуть – всё равно пока делать нечего, да и устала с дороги.
Здесь, на чердаке, я благополучно просидела дня три, пока Лгор по моей просьбе узнавал, как можно попасть в Ангер. Оказалось, что никак. То есть мне никак: на границе спрашивали документы. На подложные у меня денег не было, так что придётся прятаться где-то в Империи. Только где? Не вечно же здесь торчать! Да и не просидишь здесь долго, найдут.
Но мне нужно попасть к Садереру, он теперь единственная моя надежда.
Подумала и решила написать ему письмо. Не от своего имени, разумеется, а от лица мужчины, будто бы знакомого моей матери. Мол, нужно отдать ему одну вещь, будто бы по завещанию. Почему только теперь? Так в отъезде был, потом никак адреса узнать не мог.
