Некоторое время они о чём-то совещались, а потом капрал с натужной вежливостью сообщил, что подруге сеньора (то есть мне) всё же придётся пройти с ними. Для выяснения мелких формальностей. И, увы, одной, без него.
Садерера это, разумеется, не устроило, он начал спорить, а спор с дюжиной вооруженных людей неизменно приводит к конфликту.
Терпение капрала кончилось, и он приказал «схватить эту сучку».
Я в ужасе прижалась к стене, наблюдая за тем, как стремительно приближаются к ангерцу десятки клинков, которые он не успеет отбить, и непроизвольно начала звать на помощь. Бешеной белкой в колесе завертелось надрывное: «Помогите хоть кто-нибудь, умоляю!».
Садерера оттеснили от меня, плашмя ударили по голове.
Я завизжала, кусаясь, пытаясь извернуться от ловивших меня рук.
И тут я увидела ее, улыбающуюся, довольную.
Солдаты почтительно расступились, пропуская Летицию.
- Вижу, птичка попалась, - она скользнула по мне торжествующим взглядом. – Невозможно перехитрить Империю, Одана. Вижу, он тебе дорог, - сыскарка указала кнутовищем на пришедшего в себя Садерера. – Что ж, чудесно! Ты ведь на всё пойдёшь, чтобы сохранить ему жизнь? В таком случае, в твоих же интересах чистосердечно поведать мне о том, что спрятано в твоей головке. Иначе он будет умирать долго и мучительно. А роду Эсфохес сообщат, что его убили разбойники, которых мы уже нашли и повесили. Так что думай, птичка, хоть одну жизнь, но ты можешь спасти.
Я судорожно сглотнула, когда острие меча уперлось в горло ангерца. Умелый удар заставил его встать на колени. Трое солдат тут же скрутили Садерера, вывёртывая суставы.
Чиен и пара кинжалов сиротливо валялись на мостовой.
- Заковать ее! – скомандовала Летиция. – Трупы убрать, здесь всё подчистить.
Меня грубо ухватили за плечо и толкнули. Я упала, разбив в кровь губу.
Руки резко завели за спину; щёлкнул замок облегченных кандалов, используемых для перевозки преступников.
Мне запрокинули голову, засунули в рот кляп, затем, как куль, взвалили на плечо, пронесли несколько десятков ярдов и кинули на дно телеги рядом с Садерером. Я старалась не смотреть на него, чтобы не плакать.
Они хотят, чтобы я им что-то рассказала, но я ведь ничего не знаю! Неужели они его убьют?
Меня била мелкая дрожь, мысленно я уже не шептала, а кричала: «Спасите, помогите хотя бы ему!».
Скрипнули ворота, и телега остановилась.
С нами не церемонились – сбросили на землю, как мешки с мукой. Упав, я больно ушибла локоть, но это никого не интересовало. Меня пнули, дёрнули за кандалы, заставляя подняться на ноги.
- Топай, топай, сучка, никто тебя тащить не собирается! – Острие меча упёрлось в бок.
Я вздрогнула и сделала первый шаг. Голова кружилась, меня немного подташнивало.
Хотела обернуться, взглянуть на Садерера – и заработала удар в спину. Как я устояла на ногах, сама не знаю.
- Не оборачиваться! Шевели ногами!
И я покорно шла, стараясь не думать о том, куда меня ведут и что со мной сделают. Очень переживала за Садерера, но втайне надеялась, что ему не причинят вреда.
Меня втолкнули в какую-то каморку без окон, толкнули на деревянную лежанку, крепившуюся цепями к стене. Ножек у неё не было. Один из солдат вошел вслед за мной.
Разомкнулись кандалы. Я обрадовалась, потирая израненные руки, но, как видно, рано.
- Кому ж ты так наносила, сладкая? – солдат осклабился, поглядывая на железные полукружья в изголовье лежанки. – Ну, ложись, что ли, и ручки вытягивай. Постелька, конечно, неудобная, но уж как-нибудь покувыркаемся.
Заметив ужас в моих глазах, он добавил:
- Если будешь хорошей девочкой, то без браслетиков обойдёмся. Скажу, что ты со следствием сотрудничать согласилась. Ну, так как, кошечка?
- Я с тобой спать не буду, - твердо произнесла я. От одной мысли, что это существо прикоснется ко мне, стало мерзко.
- Так я, детка, спрашивать не буду. Раз сюда попала, значит каждому подстилка.
Я вскочила и забарабанила в дверь. Мои отчаянные крики о помощи игнорировали, и я начала смутно понимать, что в коридоре выстроилась очередь из желающих со мной позабавиться.
Солдат сгрёб меня в охапку, врезал под ребра, видимо, сочтя, что я слишком больно его укусила, и насильно уложил на лежанку. Оседлав меня, одной рукой придавив мое лицо к доскам, другой он один за другим защёлкнул на моих запястья замки оков.
- Ну, что, начнем тебя допрашивать, сладенькая? – издевался подонок, беззастенчиво лапая мои бёдра. Задрал юбку, стянул с меня бельё и раздвинул…совсем не то, что я ожидала.
От изнасилования, судя по всему, в изощрённой форме, меня спасло появление Летиции. Видимо, её не воодушевил вид слюнявившего палец лоснящегося от предвкушения удовольствия мужика со спущенными штанами.
- Это ещё что такое?! – рявкнула она. – Не смейте её трогать, пока не прибудет маг. В камерах полно шлюх, найди себе кого-нибудь. И руки ей освободи, всё равно не сбежит.
