Как только вождь племени поднял руку, разрешая нам выпрямиться, один из предводителей отряда сказал:
— Чаром тат мор сахан! Карус тана жарваг!
— Ласарт, оренох ман, — скаля зубы, ответил вождь и махнул рукой.
Все предводители отряда, Сложив у подножья портика луки и копья, достали что-то из вещевого мешка и поднялись по ступеням наверх. Остановившись перед троном, они высыпали к ногам вождя три горсти крупных рубинов. Так мне показалось в первый момент. Но, приглядевшись, я понял, что это не драгоценные камни, а красные глаза хищника, с которым мне самому довелось повстречаться.
Пара таких глаз, похожих на большие рубиновые бусины, имелись и у меня. Они по-прежнему находились в кармане комбинезона, и было странно, что аборигены их не обнаружили. Если только они вообще меня обыскивали…
Быстро взглянув на подношения, правитель спросил что-то у соплеменников, и те принялись ему наперебой громко отвечать, эмоционально жестикулируя руками. Вождь при этом недовольно хмурился и качал головой, а по рядам горожан прошло скорбное завывание женщин и гневные восклицания мужчин.
Из этого представления, я понял лишь одно. Группа туземцев отправилась в джунгли на охоту. Но прежде, чем они одолели нескольких панцирных тварей, отряд потерял не меньше десятка воинов. А это была довольно высокая цена за столь незначительные трофеи, как глаза зверей. Непонятно только, зачем они вообще понадобились дикарям.
Выслушав трёх предводителей, вождь резко встал с трона и начал что-то грозно выкрикивать, глядя на соплеменников, заполнивших всю площадь города.
— …Фат саупар шеара! — яростно закончил он свою длинную тираду.
Толпа дикарей тут же одобрительно загудела. Правитель, скаля зубы в злобной усмешке, второй раз за все время посмотрел на меня. Затем вопросительно мотнул головой.
Здоровяк передал вождю все мои вещи, после чего быстро заговорил, периодически указывая на меня рукой. Пока он болтал, правитель внимательно разглядывал мой кинжал с удобной деревянной рукояткой, проверяя пальцем остроту лезвия из нержавеющей стали. Потом он заинтересовался чёрным браслетом, на поверхности которого светились и мигали странные на его взгляд значки. Это вождю понравилось, и он надел браслет на правую руку. Бластер и другие вещи из походной сумки показались ему забавными, но бесполезными предметами. Поэтому он забросил их под трон.
Когда здоровяк завершил свой рассказ, правитель вновь презрительно глянул в мою сторону и поманил к себе. Два конвоира тут же схватили меня за руки, и повели вверх по лестнице. Как только я оказался на последней ступеньке, один из туземцев ударил древком копья сзади по моим ногам, от чего я поневоле опустился перед вождём на колени. Конвоиры крепко держали меня за плечи, прижимая к каменному полу портика, так что подняться я уже не мог.
— Хар малан тат? — медленно спросил туземный правитель, сверля меня глазами, словно пытался прочесть все мои мысли.
Аналогичный вопрос мне уже задавали, но это ничего не меняло. Я по-прежнему не понимал, что от меня хотят. Поэтому, как и в первый раз отрицательно мотнул головой.
Моё молчание ещё больше разозлило вождя. Он наклонился ко мне и грозно зарычал. Но, что я мог ему ответить?
— Не понимаю! Я из другого мира. Вообще не отсюда…
— Тан муга каррор! — выдохнул правитель, и неожиданно со всей силы ударил меня кулаком в лицо.
В это время конвоиры перестали держать мои плечи, и я, потеряв равновесие, кубарем полетел вниз по лестнице. Кувыркнувшись пару раз на ступенях, я едва не сломал себе шею. Затем упал к ногам воинов из охотничьего отряда и ударился головой о булыжник. Ушибленный ранее затылок снова взорвался болью. Но в этот раз сознание осталось при мне. Я сжал зубы, чтобы не вскрикнуть, и почувствовал на языке сладковатый привкус крови, текущей из разбитой губы.
Вождь самодовольно обвёл взглядом толпу и указал на меня пальцем.
— Ланк шеара!
— Шеара, шеара!.. — Мгновенно подхватили слова правителя все горожане.
Я не знал значение этого слово, но чувствовал, что оно не сулит мне ничего хорошего.
Когда вождь племени крикнул ещё что-то резкое, конвоиры поставили меня на ноги. Потом развязали верёвки на руках и попытались срезать мечом антигравитационный пояс. Но из-за его внутренней металлизированной структуры, с первого раза сделать это не удалось.
Понимая, что без пояса мне будет труднее передвигаться, я неожиданно для всех сделал подсечку одному из конвоиров и тут же ударил в челюсть другого. Пока они падали, я попытался перехватить копьё, выпавшее из рук ближайшего аборигена. Ещё секунду, и я завладел бы оружием… Однако, подоспевший на помощь конвоирам здоровяк наступил ногой на древко копья и мощным ударом в живот отбил у меня всякое желание сопротивляться.
Задохнувшись от жгучей боли в солнечном сплетении, я согнулся пополам и закашлялся. Мой давно не тренированный пресс явно не был готов к такому нокдауну.
