- Почему не используете гипносон, если нельзя обезболить операцию лекарствами? – Людвиг чувствовал, что сейчас взорвется от напряжения.
- Мы не владеем такими возможностями, уважаемый принц. Гипносон - тайна вашего королевства.
Принц Людвиг посмотрел в серые глаза лекаря.
- Готовьте операционную. У нас еще есть время, чтобы спасти обоих?
Лекарь кивнул.
– Да. Но счет идет на минуты.
Людвиг упал на колени перед королем Анри.
- Мой король, - дотронулся до руки. - Отдайте распоряжения. Через несколько минут я буду здесь и создам гипносон.
Он побежал в свои покои и не видел, как с пола пружиной подскочил король, и с какой надеждой ему вслед посмотрел опытный лекарь.
Принц Людвиг быстро вытащил свой поющий блокнот и небольшой портативный ящик, хранящийся под кодовым замком в самом нижнем отсеке его дорожного чемодана. Ящик был универсальным синтезатором звуков, хитрое устройство, позволяющее воздействовать на тонкие структуры человеческого мозга посредством музыки. Гордость лучших музыкантов и ученых Нидервизе. Людвиг понимал принцип действия, поскольку сам принимал участие в создании и написал несколько основ для детских успокаивающих песенок-колыбельных и гипноснов.
Он был как никогда нужен правящей семье Монтанверта.
Едва появившись перед дверями с волшебным ящиком, принц Людвиг был тотчас переодет в голубые стерильные одежды и проведен к высокой кровати. На полу у окна, в той же позе, что ранее король, неподвижно сидел Жерар.
Стараясь не смотреть на блестящие инструменты и возню лекарей, устанавливающих шелковую ширму, принц Людвиг обратил внимание на страдающего омегу. Принц Энжи вымученно улыбнулся другу. Обкусанные губы потрескались и припухли. Из уголков глаз непрерывно текли слезы. Кажется, принц их уже не замечал. Он был измучен болью и смирился с неизбежным. Людвиг с ужасом понял, что и его чарующий сливовый запах начал меняться. Быстро схватил омегу за виски. Завладел взглядом.
- Мой дорогой принц,- выговорил как можно спокойнее. – Доверься мне. Просто доверься. Мы тебе поможем.
Омега послушно смотрел в манящие серо-голубые глаза. Людвиг вставил в маленькие ушки усилители воздействия. Включил синтезатор. Прошелся пальцами по цветной клавиатуре. Принц Энжи услышал первые ноты любимой мелодии. Песенка о веселых пчелках. Он так мечтал сам петь ее своему малышу… Звуки убаюкивали, с каждой музыкальной фразой словно стирали нестерпимую боль, терзающую хрупкое тело.
Понаблюдав за лицом принца, Людвиг кивнул лекарям.
- Проверьте чувствительность и приступайте. Я увеличу мощность гипноза и смогу держать его в состоянии сна около часа.
- Боги, Боги, это чудо! - потрясенно прошептал главный лекарь, проверив острыми иголками реакцию принца. Омега погрузился в транс и не чувствовал боли.
Людвиг совершенно абстрагировался от мира. Были только он и принц Энжи. Он убаюкивал молодого омегу, наигрывая отрывки его любимых композиций, постоянно возвращаясь к детским песенкам. Потом в первый раз сыграл мелодию, посвященную самому младшему принцу. На измученном лице появилась нежная улыбка. Услышал краем уха писк ребенка и радостные крики, но не позволил себе отвлечься и музицировал дальше.
Он не сразу ощутил властную руку на своем плече. Пошевелил бровями.
- Мы закончили операцию, - около него возник лекарь, снимая окровавленные перчатки. – Вы сможете продержать принца в состоянии здорового сна еще час?
Людвиг кивнул. Уменьшил силу воздействия. Сменил тональность и область восприятия. Теперь принц Энжи видел свои сны, сопровождаемые легкой музыкой и обезболивающим эффектом.
Принц Людвиг разогнулся. Вытащил наушники. По напряженным пальцам промчалась легкая дрожь. Людвиг встряхнул руки. Пальцы устали с непривычки.
- Как все прошло? - просипел он.
Сияющий король Анри протянул принцу бокал с водой.
- Мы успели, - отозвался лекарь. Он тоже улыбался. – Малыш не успел пострадать от гипоксии. Сразу закричал и присосался.
- А я даже не заметил, как вы приложили ребенка к груди, - пробормотал про себя Людвиг.
- Принцу Энжи наложили аккуратный шовчик. Кровопотеря небольшая. Вы волшебник, дорогой принц Людвиг.
Лекари низко склонились перед альфой. Тут же Людвиг оказался в сильных объятиях Жерара. Молодой отец совсем потерял голову. Переход от отчаяния к счастью был таким резким, что сейчас Людвиг всерьез опасался за его рассудок. Министр кружил по комнате тяжелого и высокого мужчину, словно пушинку.
Вскоре лекари пришли в себя и выгнали счастливых альф из комнаты омеги.
По дворцу быстро распространились новости. Началось безумие. Людвига все время тискали, забыв о субординации, кланялись и восхищались. От мельтешения лиц у него скоро заболела голова. Он лишь помнил, что первый министр не отходил от него ни на шаг, слуга Луи измочил слезами благодарности весь низ длинной рубашки. И его везде преследовали сияющие, счастливые зеленые глаза короля.
