– Вы, наверно, считаете нас нерешительными и надоедливыми, но мы попали в очень сложную ситуацию. Главная трудность состоит в совместном владении шале: когда у одних собственников возникают проблемы, они поневоле затрагивают других. Хочу сразу уточнить: речь идет не о финансовой стороне дела. Я не буду рассказывать вам свою биографию, скажу только одно: в том уединенном месте, где я живу, мне и моим дочерям постоянно грозит опасность. И чтобы ее избежать, мой муж решил переселиться всей семьей в город хотя бы на несколько месяцев, пока эта ситуация не выправится.
– Вам грозит опасность? – недоверчиво переспросила Хлоя.
– Я понимаю, что это кажется нелепостью, но… – И Клеманс замолчала, не решаясь говорить откровенно.
– Да, жизнь не всегда течет мирно, как большая спокойная река, – с улыбкой заключила Хлоя. – Когда я знакомлюсь с жизненными обстоятельствами своих клиентов, то вижу и слышу самые невероятные вещи.
Тронутая сочувствием, прозвучавшим в голосе Хлои, Клеманс все-таки отважилась на признание:
– Меня преследует сумасшедший, который может быть опасным. А если совсем откровенно, это мой бывший муж.
Улыбка Хлои мгновенно погасла.
– Вы серьезно говорите? Но ведь есть законы, средства защиты. Вы оповестили жандармов?
– Да, они в курсе. Но как вы думаете, что они могут сделать?! Охранять меня днем и ночью, каждый вечер провожать с работы до самого дома? Когда я остаюсь одна, мне нечем защититься, я не могу прибегнуть даже к газовому баллончику – это считается противозаконным! Значит, оружия у меня нет, приемами дзюдо я не владею, а мой бывший весит около ста килограммов. Недавно он уже гнался за мной на машине, а потом покалечил мою подругу, так что она угодила в больницу. Конечно, судья вызовет его и сделает внушение, как уже случилось, но этого зверя ничем не напугаешь, уж я-то знаю это лучше других. Он буквально помешан на мне, хотя мы уже десять лет как разведены!
И Клеманс внезапно умолкла, устыдившись собственной откровенности.
– Ну и ну, – прошептала Хлоя, – вот так история… Теперь мне ясно, почему вы решили жить в городе, хотя и здесь полицейского встретишь не на каждом углу. Ладно, я постараюсь найти вам что-нибудь подходящее, хотя бы на время и в самом центре Гапа.
Она повернулась к компьютеру и забарабанила по клавишам.
– Я включаю в круг поисков нескольких коллег из других агентств, – пояснила она, – так у нас будет больше шансов найти то, что вам нужно.
Закончив печатать, она снова посмотрела на Клеманс; теперь в ее взгляде светилось сочувствие.
– Я буду держать вас в курсе и, поверьте, сделаю все, что от меня зависит. Мне жаль вас, это ужасная ситуация. Видимо, ваш бывший супруг был болезненно ревнивым самодуром?
– Именно так!
– Я знаю таких мерзких самовлюбленных типов, – они смотрят на женщин как на служанок и сексуальных рабынь, принадлежащих им душой и телом. Мне тоже довелось пережить начало подобного опыта – хорошо, что я вовремя его прервала. Но мне повезло больше, чем вам: служба в армии приучила меня к жизни в мужском коллективе, среди эдаких мачо, и я перестала их бояться. Кроме того, я уже давно освоила приемы рукопашного боя – так, на всякий случай…
Она проводила Клеманс до двери агентства и долго смотрела ей вслед. Теперь она понимала, почему у этой женщины такая уязвимая натура: видимо, ей довелось испытать большие трудности и в детстве, и во времена первого брака. Она была не уверена в себе, и эта неожиданная откровенность перед малознакомым человеком выдавала ее панику. Как же случилось, что у нее действительно нет надежного прибежища? Что она боится за себя и двух своих дочерей и никто не способен им помочь? Переезд в другое место был бы крайней, но смехотворной мерой и ничем не мог ее защитить. Если ее бывший муж и вправду маньяк, он отыщет ее, где бы она ни пряталась.
Поглощенная этими мыслями, Хлоя вернулась к своему столу, и ее взгляд упал на папку с именами «Декарпантри – Вайян». Виржил ничем не напоминал о себе, но она знала, что рано или поздно он объявится. Хлоя перечитала досье и убедилась, что у шале только три совладельца – Виржил, Люк и Клеманс. Возлюбленная Виржила нигде не фигурировала, да и Клеманс ни разу о ней не упомянула. Разве что это и была та самая «подруга», которую, по словам Клеманс, искалечил ее мерзавец-супруг.
Появление Дамьена, брата Хлои, отвлекло ее от раздумий. Он победно размахивал бутылкой шампанского, которую торжественно водрузил на стол перед сестрой.
– Я заключил сделку!
– Неужели ты продал те хоромы в Пон-Сарразене?
– Да, сестренка! Шесть месяцев усилий, и вот наконец успех. Ну, а как ты провела утро?
– Несколько странно, – ответила она, указав на папку.
– Ах да, то роскошное шале хирурга… Если тебе удастся его продать, получишь неплохие комиссионные. Так он решился на продажу или нет?
– Он не может решать это самостоятельно, и вообще, дело довольно сложное…
– Я на тебя полагаюсь, – ответил Дамьен, подмигнув сестре, – ты становишься чемпионкой по продажам!
