Оправдательный приговор Какузу не светит. И Шион во что бы то ни стало должна с ним поговорить до того, как все случится. Она обманывала его все это время, а он доверился ей. Не сдал ее Кинрэнго, когда узнал, что именно она прикончила их подельников в той пещере. Защитил, когда этого требовал момент. Такой скрытный и невозможно скупой на эмоции и беседы Какузу рассказал ей, по какой причине стал нукенином — из-за предательства каге и старейшин. А теперь предала его она.
— Ты чем-то расстроена? — спросил ее Тэнджи.
— Нет, что ты, — натянуто улыбнулась Шион. — Просто задумалась обо всем, что было.
— Как раз на счет всего, что было. Тут такое говорят… — Тэнджи почесал затылок и пристыжено посмотрел в сторону. — Я знаю, что это неправда, но просто говорю, чтобы ты была в курсе, о чем все болтают…
Шион озадаченно нахмурилась, глядя на друга.
— Говорят, что во дворце, когда Сенджу-сан уже поймал этого нукенина из Таки, ты извинялась перед ним. И не насмешливо, а… искренне. Как будто тебе было стыдно и жаль… Как будто он…твой друг.
Нахмурившись еще больше, Шион отвернулась от Тэнджи.
— Это правда, — ответила она. — Так и было.
— Но… — ошарашенный Тэнджи вскочил с табуретки. — Это же нукенин! Преступник!
— Давай сейчас на всех клеймо повесим, — она снова повернулась к нему. — И кем тогда будешь ты, а?
— Я не понимаю тебя. Я думал, это все ложь, на тебя наговаривают, потому что завидуют…
Тэнджи продолжал пристально смотреть на Шион, а она видела, как угасает огонь в его глазах. Весь его энтузиазм от ее пробуждения улетучился, когда он осознал, что вернулась из этой миссии не его подруга Кисараги Шион, а совершенно другой человек.
— Прости, мне пора. Я должен сообщить Тобираме-сану, что ты проснулась.
Он настолько поспешно вышел из палаты, что Шион даже не успела сказать, как ей жаль, что он не понимает ее. В прочем, ее это не удивляло. Она была уже совершенно на другом уровне, видела и испытала больше, чем он. Для него весь мир был по-детски черно-белым, а Шион познала и другие краски.
Спокойно доев грушу, она села на кровати, развернувшись лицом к окну. Коноха за окном жила своей будничной жизнью, ничего в ней не изменилось. Но эта беззаботность, с которой люди ходили по улицам, неприятно кольнула Шион. После этой миссии она поняла, что люди вокруг не осознают, через что проходят шиноби, чтобы другие жили под мирным небом.
Сил было немного, но Шион потихоньку встала и потянулась вверх, разминая спину, плечи и руки. Она подошла к стене и приложила к ней руку. Осторожно, чтобы не навредить себе, она пропустила ее насквозь. Сохранять концентрацию было непросто, но на несколько минут ей это удалось. Затем Шион повторила то же самое с другой рукой, а потом с обеими.
«Посплю еще немного и уже точно восстановлюсь», — решила она, возвращаясь обратно под одеяло.
В это мгновение дверь палаты распахнулась, и Шион увидела Тобираму. Улыбка на ее лице появилась до того, как Кисараги успела это понять.
— Я рад, что ты себя хорошо чувствуешь и соблюдаешь постельный режим, — сказал он, садясь на край кровати.
Шион раскрыла одеяло и, приблизившись к Тобираме, крепко обхватила его тело руками, а носом зарылась в волосы. Она почувствовала, что он был очень скован, напряжен, и тогда она нежно поцеловала его чуть ниже уха в шею, чтобы тот расслабился.
— Шион, — дернувшись, Тобирама уверенно взял ее за плечи и отодвинул от себя. — Я пришел поговорить с тобой.
— Мы столько не виделись с момента нашего прощания у тебя дома. Я скучала.
Тобирама не ответил ей, а только поджал свои тонкие губы так, что они превратились в узкую полоску с опущенными вниз уголками.
— Об этом мы тоже поговорим, но сначала о твоей миссии.
Сердце Шион тревожно забилось. Он был суров, совсем не так она себе представляла их разговор наедине. Конечно, она фантазировала, что разговоров не будет совсем, а только безудержная страсть и любовь. Но Тобирама был холоден, как будто чужой человек.
— Ты перешла все границы во время битвы во дворце, — начал он. — Я знаю, что ты все еще верна Конохе, но хочу услышать это от тебя. Хочу убедиться, что это не мои иллюзии.
— О чем ты? Я довела дело до конца! — она неосознанно повысила голос. — Я сделала все, что от меня требовалось. Сыграла предателя, как это и было задумано.
— Ты убила одного из нукенинов, когда задание было оставить его в живых для получения информации.
— Еще повесь на меня ответственность за преступления, которые мне пришлось совершить во время того, как я была в Кинрэнго, — посмеялась Шион. — Сасаяма пытался убить меня.
— Абураме сказал, что он был уже повержен и не представлял угрозу.
Шион прищурилась.
— То есть ты готов довериться экспертному мнению Абураме, который впервые в жизни видел этого нукенина? Да он даже понятия не имел, что мог сделать Сасаяма. Он не знал, было ли еще что-то напоследок у него. И знаешь, в тот момент я не была готова поставить свою жизнь на мнение Абураме. Я сделала так, как посчитала самым безопасным для всех.
