Всю дорогу Сэри молчала, быстро перебирая ногами, и не поворачивалась к Тобираме. Ему было ясно, что она до невозможности сконфужена. Сенджу и самому было неловко от всей этой ситуации. Вести какой-либо бессвязный диалог при такой очевидном смятении обоих, было бы просто нелепо. Вдалеке Тобирама увидел высокий забор, а за ним величественную крышу роскошного особняка. Он предположил, что такой шумный любитель кутить на широкую ногу не стал бы жить в месте менее патетичным, чем это. И как только они достигли ближайшего угла этой ограды, Сэри развернулась и выразительно посмотрела в глаза Сенджу. Почувствовав еще большую неловкость, он отвел взгляд и устремил его на калитку, намекая, что намеревался донести Курокава до дома, а не до забора. Натянуто улыбнувшись, она продолжила идти, но уже с меньшей охотой.
— Спасибо еще раз, и простите за всю эту сцену, — сказала она, остановившись у калитки, а затем посмотрела на тело мужа и протянула руки. — Я заберу его, давайте.
— Я донесу его до…футона, это не проблема, — заверил ее Тобирама.
— Это ни к чему, — улыбнулась она, но опять из-за нервов.
— Если уж я взялся, то доведу дело до конца, только откройте калитку, — твердо произнес он, своим тоном не оставив ей и возможности на спор.
Сэри молча придержала калитку, и Тобирама зашел в сад. Множество витиеватых тропинок, обрамленных аккуратно выстреженными кустарниками и цветочными кустами, вели к зданию в старом стиле. Даже минка Тобирамы была более современной, чем этот особняк. Среди разных деревьев единственная сакура росла рядом с небольшим красным мостом, шедшим через красивый пруд, в котором между водяных лилий и голубых лотосов сонно плавали карпы.
На энгаве Яманака сняла гэта и хотела помочь Тобираме с его обувью, но он обошелся без ее рук, поочередно наступив на свои пятки. Сэри отодвинула одну седзи и повела его по многочисленным внутренним коридорам. Тобираме не хватало света, и он доверился Сэри, которая прекрасно ориентировалась во тьме лабиринта. Она остановилась возле одной седзи и сразу отодвинула ее. Внутри Тобирама увидел раскрытый футон на одного человека, и сразу за зашел внутрь. Он отметил про себя факт, что Яманака заранее приготовила постель для своего мужа в отдельной комнате. Максимально аккуратно он уложил Курокаву, но в действительности ему хотелось брезгливо бросить его на циновку. Он вышел в коридор, и Сэри закрыла седзи.
Тобирама по-прежнему не видел ее лица, зато прекрасно чувствовал чакру. Сэри сгорала от неимоверного стыда и обиды. Но с этим он ничего сделать не мог. Любое проявление жалости она расценила бы как еще большее унижение чем-то, которое устроил ей собственный муж.
— Мне пора, — коротко сказал Тобирама и зашагал тем путем, которым пришел сюда.
— Еще раз изви…
— Вам не за что извиняться, Сэри-сан, — перебил он ее, остановившись. Тобирама вернулся на несколько шагов, но едва не врезался в Яманака, все еще плохо ориентируясь из-за алкоголя в крови. — Вы только скажите, если что-то у вас пойдет не так, хорошо?
Она немного помедлила, но потом сдавлено отозвалась:
— Да, хорошо. Благодарю.
В тишине Тобирама услышал осторожное шлепанье босых ног. По звуку совсем маленьких. Сэри так же услышала это, поэтому торопливо открыла седзи, на несколько секунд забежав в комнату. Внутри она зажгла керосиновую лампу, а потом, выскочив, быстро всучила ее Сенджу. Яманака устремилась на звук, и Тобирама лишь мельком заметил, как покраснели белки ее глаз от слез. Но щеки оказались сухими, значит, она успела вытереть их, когда заскочила в комнату.
Из-за угла в одной ночной рубашке вышел светловолосый мальчик. На вид ему было не больше трех лет.
— Мама, — пискнул он, потянувшись к Сэри на руки, и она смело подхватила его.
Тобирама в оцепенении замер, ощутив себя на сей раз не просто неловко, а банально лишним. Но почему-то он не мог даже сдвинуться с места, глядя, как сонный мальчик припал к груди матери, обхватывая ее шею маленькими ручками. Второе потрясение за вечер напрочь смело с Сенджу остатки опьянения.
— А где Риоко-сан? — спросила она у сына. Он молча показал в обратном направлении, и Сэри улыбнулась. Когда мальчик с любопытством глянул на Тобираму, Яманака спросила: — Хочешь познакомиться?
— Нет, — мальчик отвернулся в другую сторону, крепче прижавшись к маме.
— Нужно быть вежливым, — Сэри сделала несколько шагов к Тобираме, а потом повернулась так, чтобы он встретился взглядом с ее сыном. У мальчишки были бирюзовые глаза, как и у его матери. Взор такой же чистый и глубокий, но неотягощенный жизненными проблемами. — Как тебя зовут, скажи.
Мальчик упорно молчал, а Сэри посмотрела на смущенного Тобираму. Тот пытался не выглядеть таким надменным и строгим, потому что знал, как реагируют на него дети. Он не видел смысла знакомится с этим ребенком, но ему так же от чего-то не хотелось обидеть Сэри. Тобирама немного наклонился к мальчику, но не слишком близко, чтобы не дыхнуть на него перегаром изо рта.
