— Вы что-то хотели? — спросила она, и Тобирама тут же сделал вид, что смотрел в окно за ее спиной. И в следующую же секунду понял, насколько глупо рассчитывать на то, что Сэри поверит этому.
— Уже вечер? — удивленно спросил он. Как день мог пройти так незаметно? Выходит, что все это время, в течение по меньшей мере девяти часов, они сидели неподвижно и постоянно расходовали чакру в больших количествах.
Сэри улыбнулась и кивнула, а затем погладила его по плечу, как будто помогала примириться с мыслью, что его день пролетел быстрее, чем ему показалось.
— Я думаю, спросить вы хотели что-то другое, — сказала она и сделала еще несколько глотков воды. — Еще утром, помните? А я попросила перенести разговор.
Тобирама нахмурился и залпом выпил воду. Тема была весьма щекотливой, и Сенджу не хотел предстать глупым в глазах Сэри. Эротические сны не были для него диковинкой, особенно из-за отсутствия постоянной женщины, но говорить об этом с Яманака было крайне неловко.
— Да, я хотел спросить вас о той технике, — он поставил пустой стакан на стол и слегка повернулся к ней.
— Которую я сделала вчера?
— Да, про нее. Как давно вы ее применяете?
— Начала несколько лет назад, но сейчас я ею пользуюсь очень редко. А почему вы спрашиваете?
— Люди, к которым вы ее применяли, не сообщали вам ни о каких…м… побочных эффектах?
Сэри озадачено задумалась и поставила стакан обратно.
— Нет, ничего подобного я не припомню. А у вас что-то было?
Тобирама почувствовал, что щеки начали гореть. Он прошелся ладонями по лицу и тяжело вздохнул. Картины из сна вспышками начали появляться перед ним, но это было полбеды. Сэри сейчас сидела рядом с ним так близко, что их бедра касались друг друга, а терпкий медовый запах пшеничных волос мягко окутывал собой.
— Обычно я сны не запоминаю. Открываю утром глаза, и они моментально стираются из памяти. Но… Но в этот раз сон был…чрезвычайно реалистичным, ярким. Проснувшись, я даже не сразу поверил, что увиденное мною всего лишь сон.
Сэри задумалась ненадолго, а Тобирама пытался по ней понять, вдруг она видела то же самое. Но ее глаза не выдали даже намека на то, что это было.
— Раньше мне о подобном не сообщали. Для Яманака такие сны, как вы описываете — это норма, за исключением того, что мы каждый раз понимаем, что спим. Хм. Так как вы сенсор, я могу предположить, что ваша чакра оказалась очень чувствительной и, как бы странно это не звучало, впечатлительной. Но думаю, что сегодня подобного не повторится, эффект от выравнивания кратковременный. А что это был за сон? Это был кошмар?
Тобирама снова посмотрел на Сэри. По ней было видно, что спрашивает она отнюдь не из праздного любопытства. В глазах снова проскользнул азарт исследователя, который ищет ответы на вопросы. Это ведь была ее техника, и ей, конечно, будут интересны последствия после ее применения.
— Нет, — ответил он, заметив, как губы сами расплылись в улыбке, причину которой он понял и добавил: — Честно признаться, мне даже понравилось.
— Я бы с радостью повторила, но сейчас я измотана, — вздохнула Сэри и откинулась на спинку дивана. Тобирама мысленно съехидничал на тему «повторить», не выразив это внешне никакими лишними эмоциями. — Меня бы кто выровнял сейчас.
Сенджу ухмыльнулся и сел ровно, как она, и теперь они оба пялились усталым взглядом в противоположную стену.
— Шион ушла ночью, верно? — спросила Сэри.
И Тобираму словно молнией по голове ударило. За целый день он ни разу не вспомнил о ней. Не возникло ни одной мысли, не смотря на то, как они расстались. Шион поцеловала его, можно сказать, открыто призналась в своей симпатии к нему, сказала, что будет ждать его ответа, а он? А он целый день потратил на то, чтобы найти способ вытащить из гендзюцу шиноби. Конечно, это дело Тобирама считал важнее его личных вопросов с Шион, но чувство, будто он уже не оправдал ее ожиданий, все равно накрыло.
— Да, ушла.
— Надеюсь, у нее все получится, — вздохнула Сэри, а Тобирама молча кивнул.
Сенджу никогда не позволял себе расслабляться с посторонними людьми, коей он считал Сэри. Он знал ее совсем мало времени, и для него это было абсолютно немыслимо чувствовать себя рядом с ней так, словно знакомы они много лет. Каким бы измотанным он не был, с кем-то другим он не сидел бы на диване, как раскисший тюфяк, а с ней он не боялся себе этого позволить. Что-то подсказывало ему, что Сэри смотрит намного глубже, и ей неважны формальные нормы и лицемерные приличия, выдуманные их праотцами. Если чувствуешь себя усталым, то, Ками-сама, зачем притворяться в обратном? Да, они шиноби, но это не означает, что от этого они перестали быть обычными людьми.
— Тобирама-сан, — рука Сэри легла на его локоть и слегка сжала его. — Спасибо вам, что помогли мне спасти его.
