— Будем, — процедил он. — Надеюсь, в Нимрианскую Академию Волшебства вы сможете
меня телепортировать?
— По памяти или…
— Через второй портал. Надеюсь, он есть поблизости?
— Прямо в академгородке. Устроит?
— Вполне.
— Двести сийтов.
— Почему двойной тариф?
— Потому что, — сотрудник бюро тоскливо вздохнул, — невозможно создать прямой путь
в рамках одного мира…
— Но…
— …прямой путь может создать только колдун или Лорд, умеющий самостоятельно
открывать дороги между мирами, — монотонно продолжал оператор, — поскольку во время
движения он может корректировать заклятье перемещения, превращая траэкторию своего
движения в четвертом измерении в своеобразную кривую и игнорируя, таким образом,
искажающий эффект метамагического поля. Но мы пользуемся системой, которую можно
настроить, но которая с вами вместе в межреальность не полетит. Система формирует путь по
принципу луча. Поэтому, чтобы попасть в другую точку Нимриана или Хеллаэна, сначала
придется отправиться в один из ближайших миров, а оттуда, через другой филиал нашей фирмы,
прыгнуть уже в Академию. Сто сийтов вы платите здесь, еще сто — в том филиале, в который
попадете. Теперь все ясно?
— Теперь — да.
Расплатившись, Дэвид встал в центр пентаграммы. Проверил — не вылезает ли рюкзак за
ее пределы. Оказалось, что нет. Впрочем, новенький рюкзак был почти пуст — большую часть
нажитого имущества Дэвид посеял в Пустошах, а новым барахлом обзавестись пока не успел.
Даже не прибегая к заклятью Ока, он ощутил, как вокруг заструились потоки силы. Чем
ближе Дэвид знакомился с Искусством, тем выше становилась его природная чувствительность к
магии. За последние четыре года его гэемон развился, став сильнее, сложнее и восприимчивее на
несколько порядков. Когда-нибудь, возможно, он вовсе перестанет пользоваться Оком —
необходимость в простейшей Форме исчезнет, он будет воспринимать мир энергий не прибегая к
ней. Тогда он будет видеть мир так, как видят его Обладающие Силой — не разделенным на «ту»
и «эту» стороны, а единым целым.
Началась накачка энергии в структуру телепортационного заклинания. Возникла
энергетическая спираль — не видя, Дэвид чувствовал ее так, как будто бы соприкосался с ней всей
кожей. Тяжелые толчки силы, перекачиваемой в зал из «ниоткуда», подняли дыбом волосы у него
на затылке. Когда концентрация энергии превысила какой-то уровень, воздух начал светиться.
Начало прыжка Дэвид прозевал. Даже не успел испугаться. С окружающим миром что-то
случилось. Все вытянулось, исказилось, потемнело… исчезло… Но, не успев еще полностью
перестать быть, появилось снова — немного другой зал, и пентаграмма расположена не в центре, а
сбоку.
И этот зал, если не считать пожилой женщины-оператора, был пуст. Дэвид назвал
маршрут, расплатился и стал терпеливо ждать второго прыжка. Начало перемещения он, как ни
старался, все равно проворонил.
2
Третий филиал экскурсионного бюро, находившийся уже в самом академгородке, ничем
существенным от двух предыдущих не отличался. Дэвид вышел на улицу, поправил рюкзак и
осмотрелся. Городок, выросший вокруг знаменитой магической школы, производил приятное
впечатление. Он казался каким-то… уютным. Да, именно так — уютным и доброжелательным.
Даже тихим. Чуть позже Дэвид понял, почему городок кажется тихим — середина дня, у
студентов сейчас занятия…
Городок представлял собой кольцо, разделенное лучами-улицами, сходившимися к центру
— к комплексу массивных зданий, окруженных каменной стеной и рвом с водой.
«Оборонительные сооружения» предназначались, конечно, не для защиты от внешних врагов, а
использовались в качестве разграничительной черты, отделявшей собственно учебные помещения
от гостиниц и магазинов. Через ров было переброшено семь мостов, а в стене имелось
соответственно семь ворот. Ворота закрывались только на ночь, да и то не всегда, но в любое
время суток на территорию самой Академии Волшебства лавочникам и прочим посторонним
лицам входить строго запрещалось.
Дойдя до конца улицы, Дэвид пересек мост и миновал каменную арку ворот. Привратник,
горбун с длинным кривым носом, объяснил ему, как пройти в канцелярию.
Внутренняя часть Академии Дэвиду понравилась не меньше, чем город. Большие здания
соединялись между собой вымощенными камнем дорожками, повсюду росли деревья, в тени
которых прятались скамейки, имелся даже цветник и два маленьких фонтана. Один из фонтанов
был украшен статуей морского епископа, другой — статуями трех бородатых благожелательных
старцев. Дэвид вспомнил, что похожих стариков он видел в замке Лэйкила кен Апрея. Эти
доброжелательные бородатые дядьки были полубогами и считались хранителями родников и
источников. По идее, их присутствие очищало воду от скверны и придавало ей различные
