— Гермиона! — снова закричал Рон и побежал следом.
Малфой так и остался стоять на месте, быстро всунув руки в карманы. Пальцы, которыми он дотронулся до нее, чесались от электрических разрядов, и Драко на секунду прикрыл глаза, вспоминая вчерашний вечер.
Ее губы на его губах.
Пальцы в волосах.
Ее запах, который он ощутил снова.
Забудь, блядь, забудь все это.
Она не твоя и никогда ею не будет.
— Все в порядке? — Забини хлопнул его по спине, вынуждая прогнать ненужные — действительно ненужные — мысли и двигаться вперед.
Они уже почти подошли к башне Прорицаний; и зачем только тратили время на такой идиотизм, он не понимал, но мама из года в год настаивала на посещении этого урока, постоянно вспоминая о какой-то пра-пра-бабке, которая имела дар ясновидения. К сожалению, он передавался только девочкам, и Драко искренне не понимал, зачем пошел на поводу у матери, если у него между ног был все-таки член, и согласился посещать это занятие только из уважения к Нарциссе.
Наверное, она очень хотела девочку в надежде, что дар проснется в ней, но появился Драко — мальчик, а забеременеть второй раз мама так и не смогла…
— Носятся тут всякие, — Драко привычно ухмыльнулся, было почти не трудно принять расслабленную позу, и поднялся по винтовой лестнице.
В кабинете уже сидели почти все слизеринцы, парочка пуффендуйцев и почти вся орава гриффиндорцев, за исключением Грейнджер и Поттера. Они прорицания посещать наотрез отказались. Их классы были поделены, и другие их сокурсники посещали предметы, которые им более важны, хотя Драко не отказался бы сейчас пойти на продвинутую трансфигурацию с Грейнджер, а не сидеть здесь и тратить время.
Нотт лежал на подушках с сонной Панси и лениво курил самокрутку, тихо общаясь с Сибиллой, которая так же сжимала между зубов длинную золотистую кисеру{?}[ японская традиционная курительная трубка для курения мелко нарезанного табака ] и выпускала розовый дым кольцами.
Малфой и Забини уселись неподалеку, готовясь слушать пьяный, а может и не только пьяный, бред их ненормального профессора, от которой уже попахивало хересом за версту. Но это был отличный урок, чтобы ничего не делать и просто лежать, насмехаясь над нелепыми попытками узнать будущее. Уизли весь в мыле вбежал следом за ними, к сожалению, не опоздав, — хотя Трелони бы и внимания не обратила на это, и прозвенел колокол.
Сибилла Трелони будто не хотя поднялась с подушек и с нервной улыбкой посмотрела в окно.
— Сегодня, дорогие мои друзья, мы опустимся в пучину гадания по дыму, — раздались шепотки одобрения и смех. — Под подушкой вы найдёте бумагу и табак, — она вздрогнула и уставилась на Лаванду, — моя девочка! Ваша любовь будет страдать в течение месяца!
— Точно-точно, ведь Рона отстранили от квиддича, — запричитала блондинка, многократно кивая и хватая рыжего за руку. — Он точно страдает! Так ведь, Бон-Бон?
Уизли покраснел и кивнул, соглашаясь с Лавандой.
— Ты! — Сибилла развернулась на девяносто градусов и уставилась на Блейза Забини, уже закатывающего глаза. — Напиши маме, с ее мужем случится смертельное несчастье! Тц, какое горе…
Забини вздрогнул и кивнул, пряча улыбку в кулак. Его мама как раз заканчивала свою «пятилетку» с очередным мужем. А такие предсказания от Трелони были постоянными.
— О, мой мальчик, — Невилл, к которому теперь обращалась горе-профессор, подпрыгнул на подушке, когда она положила ладонь ему на лоб, — ваша невеста вам изменяет! Будьте бдительны. Ее аура окрашена пятью цветами разных мужчин!
— У меня нет невесты, — недоумевающе прошептал Лонгботтом.
— Значит будет! — тут же исправилась Трелони.
Сибилла сделала глубокую затяжку и двинулась по кабинету, покачиваясь, словно маятник. Ее водянистые глаза скользнули по Малфою и замерли. Она захрипела, хватаясь за горло, глаза закатились, но она снова перевела безумные очи на Малфоя и начала громко шептать:
Час твоей расплаты настанет прямо перед смертью той, кем дорожишь!
Кровь польется под телами и в огне сгорят твои мечты!
И под зорким оком яда мертвая придет твоя награда, от которой будешь ты страдать всю жизнь!
Все что ты желал сгорит в адском огне! Ты сожжешь себя, их всех! И она сгорит, как Феникс!
Перечеркнув одну жизнь, спасешь ты сразу три!
Но огонь твой вечный сожжет все изнутри!
Она снова раскашлялась и приняла озадаченный вид, когда все в классе застыли испуганные ее пророчеством.
— Ох, что же, на чем я остановилась? — Сибилла недоуменно осмотрелась, будто впервые видела свой класс.
— Ни на чем профессор, — Драко натянул сверкающую улыбку, — вы говорили, что-то о невесте Невилла. Говорят, она не хорошая женщина.
— Да-да, точно… — она кивнула, снова направляясь к гриффиндорцу, — она неверная женщина! — уверенно зашептала Сибилла. — Отменяй помолвку!
Невилл чуть ли не хрюкнул от смеха:
— Я не знаю ее…
Забини же, как и Нотт, и Панси, внимательно смотрели на Драко, который с напускным интересом скручивал табак в бумагу и делал затяжку, выпуская дым в воздух.
Все пророчества такая хрень.
***
