Грейнджер переводит взгляд и видит, с какой тоской Нотт смотрит на нее, будто она не лежит, умирая и хрипя, а мешает ему пройти по коридору школы. Он наклоняется к ней, приглаживая волосы, почти ласково, и начинает выписывать незнакомые движения палочкой — Гермиона обязательно узнает, что это за заклинание — бормоча под нос что-то о безрассудных грязнокровках и ее тупых дружках. И вот, он берет ее за плечи и резко снимает со штыря, на ходу накладывая еще кучу заклинаний на рану, открывает маленькую сумку, такую же, как носит она, только из кожи, и вливает в нее зелья, одно за другим: крововосполняющее — минимум десять флаконов, рябиновый отвар, животворящее, укрепляющее — в глазах рябит от скорости того, как быстро он выливает содержимое флаконов в ее синие губы, массируя горло.
— Давай, маленькая, дыши, ну же, — Гермиона слышит отчаяние, когда он прижимает ее к своей груди, баюкая, как ребенка, но ни на секунду не прекращая движения палочкой.
И только когда она резко делает вдох, невидящим взглядом смотря ему лицо и сжимая его пальцы, лежащие поверх раны, он аппарирует ее в Мунго, кидая мешок с монетами колдомедикам, и тут же оказывается на опушке леса около сторожки Хагрида. Она выныривает из воспоминаний, как из теплого одеяла, и ошарашенно смотрит на него. В ноттовском взгляде так и читается: «Что, не ожидала, Грейнджер?»
И ей хочется пищать от волнения, злобы на саму себя и от клокочущего чувства вины, что она не верила Гарри, не верила, что ее просто спас слизеринец: безвозмездно, как она думала, но теперь она…
— Ты спас меня. Зачем? Чтобы я была тебе должна?
Она понимает, что плачет, только когда кожу с еще не зажившей царапиной начинает нещадно щипать.
Теодор сжимает пальцы в кулаки и серьезно смотрит в окно, покусывая губы.
— Ты иногда такая идиотка, Мерлин. Я просто шучу над тобой. Не настолько я ублюдок, чтобы требовать от тебя чего-либо, хотя простое: «Спасибо, что спас меня, Тео» услышать было бы приятно.
Гермиона, кажется, не дышит, недоверчиво округлив глаза. Он шутит? С ней? А не над ней?
— Спасибо, что спас меня, Нотт. Теперь ты можешь оставить меня? Я хочу… — она вскидывает руку в непонятном даже ей самой жесте, — просто дай мне побыть одной.
— Ты…
Он медленно встает, потирая ладони друг о друга, будто они чешутся, и просто смотрит на нее, кусая нижнюю губу.
— Хогвартс нужно помочь восстановить, не задерживайся здесь, — и снова этот приказной тон, что она привыкла слышать весь шестой курс, пока он был префектом.
Она невольно улыбается, слыша такие привычные отголоски прошлого, и устало накрывается одеялом с головой. Ей нужно поспать, а после она уже подумает обо всем на свете.
Комментарий к Глава 1. Порез
Мемасы к главе: Гермиона - https://ibb.co/gJ4CKLD
Гарри и Рон - https://ibb.co/ZH0tQ7V
Тео - https://ibb.co/60BVX0H
Обновления каждые 3 дня.
========== Глава 2. Ссадина ==========
Капля пота медленно стекала по виску, так и норовя упасть вниз на обнаженную спину девушки, что сладко стонала и двигалась навстречу удовольствию. Длинные волосы слиплись на затылке, и Драко с упоением намотал их на кулак, открывая доступ к шее и впиваясь в нее укусом. Кожа сладко-соленая, чистый кайф.
Вдохнул, закрыл глаза, притягивая ягодицами ближе к себе, врезаясь в нее так сильно, что шлепки их тел друг о друга разрывали ночную тишину квартиры не хуже крика Банши. Еще немного, совсем чуть-чуть и он кончит.
И все забудется.
Крики.
Проклятия.
Трупы людей.
Все забудется в вареве предстоящего оргазма, за что Малфой и любил секс — он помогал отвлечься от проблем насущных.
Девчонка — Драко, правда, не запомнил ее имя, окрестив «девчонкой», — слабо задергалась под ним, рукой массируя влажную полость и задевая острыми ноготками нежную кожу яичек до дрожи в коленях.
Малфой рыкнул, вжимаясь, как в последний раз, и кончил с тихим выдохом сквозь зубы, даже не думая, а успела ли она.
Горячая сперма побежала вниз по влажным бедрам, и Драко с упоением еще три секунды был в небытие, отрешенно наблюдая, как собственный член опадает, а девчонка довольно стонет, потираясь задницей об него.
— Это было волшебно, — шепчет она, оглядываясь через плечо, — повторим еще на днях?
— Обливиэйт, — и мерцание в карих глазах ничего не помнящей маглы.
Трахать их вошло в привычку после войны, ведь кто теперь захочет с ним, с Пожирателем смерти, предателем, общаться, не то что впускать в свое лоно.
Драко поморщился и взмахнул палочкой, убирая беспорядок, влил зелье в горло девчонки — ему наследники от маглы не нужны — и неторопливо оделся, ненароком замечая предметы незнакомого магловского мира. На глаза попалась коробочка с тонкими нитями и ушками на концах. Он видел такую же у Грейнджер и даже как-то слышал ее жалобы, что «телефон» не ловит сеть, и она не может позвонить родителям.
Странные они, эти маглы.
