От Мурата не было никаких вестей — непонятно, дуется из-за вылитого алкоголя или ему попросту стыдно. Что ж, он ведь сам сказал, что представлял меня жестче, так пусть не обижается на мой дурной бескомпромиссный характер!
Наверно, многие на моем месте поступили бы иначе. На ум почему-то пришла Инна, непременно бы начавшая сюсюкать с пьяным как с ребенком, а потом в воображении ее место заняла бывшая (надеюсь, окончательно и бесповоротно) девушка Мурата. Наверняка она бы тоже повела себя иначе, обнаружив парня в окружении бутылок водки.
Я тяжело вздохнула, и углубилась в новостную ленту. Ничего не поделать, если мне с детства хорошенько внушили неприязнь к алкоголю! Да к тому же, неизвестно, сколько Мурат выпил перед моим приходом, и сколько еще собирался. Может быть, в его намерения входила смерть от алкогольного отравления?.. Определенно, я поступила верно, вылив опасное вещество!
В новостях в который раз не нашлось ничего существенного. Ни слова о Льюисе, за исключением обычных упоминаний имени разработчика в связи с той или иной программкой. Только в серьезные новости неведомо, каким образом затесалось то, что во времена любимой бабули именовали «вбросом».
Заголовок
Но делать все равно особо нечего (пусть Матроскин помучается с Жасмин подольше, заслужил!) и я читаю статьи про Защитницу, подумывая, не познакомить ли ее с сестренкой. И чем дальше, тем больше убеждаюсь, что девица одного с ней поля ягоды.
А дальше следовал частокол обвинений в адрес эксплуататоров и чуть ли не всего населения планеты.
В основном, Защитницу называли чокнутой, немногие принимали ее слова на веру, а остальные придерживались того мнения, что перед ними — добротно выдержанное надувательство, развеивающее повседневную скуку. Раскапывать информацию, за что девицу объявили террористкой, я не стала.
На кухне весело звучала «Quasi-aggression». Верещали какие-то дикие птицы, им подкрикивали макаки. Среди визга не разобрать, участвовали в ансамбле еще какие-то животные, а звуки флейты и других инструментов почти не привлекали к себе внимания. Жасмин пустила в ход тяжелую артиллерию.
Матроскин вяло ковырял ложкой свой мерзкий йогурт со вкусом грибов, купленный вместе с прочей подобной гадостью по дороге домой. Его кошачьи уши, казалось, поникли в депрессии от обрушившихся на них звуков но, увидев меня, он приободрился:
— Вайпер! Твоя младшая сестра читает ужасные книги!
— Чем же они ужасные? — фыркнула я.
Жасмин любила рассказывать новым знакомым о своей обожаемой книге — «Эволюции» Стивена Бакстера. Не было книги, которая произвела бы на нее более глубокое впечатление. Сестренка периодически ее перечитывала и могла болтать о ней часами. Кажется, и «Quasi-aggression» она начала слушать потому, что видела в группе какой-то отголосок или резонанс с книгой. Во всяком случае, я точно знаю, что у них есть клип «Эволюция», где под какую-то откровенно галлюциногенную мелодию появлялись и исчезали приматы, созданные с помощью компьютерной графики на основе палеонтологических и прочих археологических данных. Многим слабонервным после просмотра этого шедевра (приматы бесконечно надвигались на зрителя из глубин экрана, на ходу эволюционируя и меняя форму) снились кошмары, но только не Охотнице.
— Свинья везде грязь найдет! Сто восемьдесят семь страниц, и угадай, где он ее открыл?! Разумеется, именно на моменте, когда обезьянки размножались!
— Я не удивлена. Даже прочитай Константин ее целиком, ничего кроме этого он бы не запомнил.