Cyber Flavor (СИ) полностью

— Эй! — воскликнул Матроскин. — Это просто не мой автор! Я предпочитаю более… нежную, душевную литературу!

— Нежную и душевную — это вроде Абрикосашвили?

— Нет же! Моя любимая книга — это «Т99»!

— Кто бы мог подумать, что ты любишь старые танки! — искренне изумилась я.

В самом деле, всегда считала, что Матроскин способен увлекаться чем угодно, хоть игрой на воздушных шариках (некоторые даже пару музыкальных групп собрали, где извлекали из несчастных шариков различные звуки щипая, потирая их бока и лопая) но такое исконно мужское увлечение с ним не вязалось. Охотней бы поверила, что Матроскин тайком играет на той флейте в виде кирпича, которую однажды прилюдно раскритиковал.

— Причем здесь танки?! Что вы постоянно делаете из меня идиота?! — взорвался Константин.

Когда страсти немного улеглись, оказалось, мы с сестренкой прохлопали появление новой слезливой истории об одинокой девочке с мультисмартфоном и о программе с замашками классического ИИ из фантастики, далекого потомка пресловутого «Т9». Собственно, автор всего лишь прибавил в название для красоты еще одну девятку, не заботясь о логике и наделил программу разумом.

Слушая рассказ Матроскина о том, как «Т99» помогала героине подбирать слова для сочинений (девочка мечтала стать писателем) и общения с другими людьми, я удивлялась, почему по этому сюжету не сняли сразу аниме.

— «Эволюция» Бакстера все равно лучше и полезнее в образовательном плане! — подвела итог телячьим нежностям Жасмин.

— Ты смотри, кому ты такая умная нужна будешь? Мужчины таких не любят, — попытался «просветить» мою сестру Матроскин.

— У тебя устаревшие данные. Мои одноклассники с дурами не станут даже разговаривать! У моего поколения в моде интеллект, если ты не знал! Так что, такие извращенцы как ты, любители необразованных, умственно не развитых женщин — вымирающий вид! — припечатала сестренка.

— Ладно вам! — заметив вселенскую обиду в заблестевших глазах гостя, поспешила остановить разгорающийся конфликт я. — Не надо спорить о вкусах! К тому же, Константин сегодня проявил недюжинную смекалку, чтобы выпутаться из непростой ситуации. Жаль, ты не видела это феерическое зрелище, достойное боевика!

И пока Матроскин не видел, погрозила сестренке кулаком.

«Катенька» предсказуемо заглотила наживку и осчастливила нас пересказом событий в своей интерпретации.

— Круто! — милостиво воскликнула Жасмин, когда хвастовство кучей девайсов («Мне пришлось выключить специальный мультисмартфон, но у меня остался второй, и главное — браслет!» — павлином заливался Матроскин, как будто перехитрил каких-то недотеп, а не угодил по собственной же глупости в ловушку) подошло к концу. — Ты, оказывается, такой продуманный! И так ответственно подошел к расследованию! Не каждый бы завел второй счет с такой круглой сумой, чтобы хватило заплатить за целый торговый автомат! Это ведь столько усилий надо, чтобы его пополнение не отследили! Ты молодец!

— Ну… на самом деле… — еще минуту назад сиявший от гордости Константин как-то подозрительно стушевался. — Я действительно завел отдельный счет, чтобы не светиться. Но сумма там только на мелкие расходы. Платить за шоу с торговым автоматом пришлось с личного счета.

— Ты лузерище!.. — я с трудом проглотила остальные нелестные эпитеты (зато Жасмин, пока я подбирала цензурные слова, осыпала ими Матроскина за нас двоих) и, взяв себя в руки, вкрадчиво спросила: — Понимаешь, что ты натворил?

Константин набрал в грудь воздуха, собираясь начать оправдываться, но вздрогнул и так ничего и не сказал, когда по квартире разнесся звонок домофона.

Единственный человек, принимающий мои мечты и идеалы так, как есть, без смеха, непонимания и… раздражающего, ненужного сочувствия, исчез, отправился в бега. И даже что случилось не понять!

Да, я нахожусь и находился взаперти, отрезанный от внешнего мира, но от осознания, что теперь вот это изменилось, а я ничего не могу сделать, мечусь по комнате как раненый зверь. А Тумба-Юмба не сводит с меня жадного взгляда и нежно сюсюкает. Думает, вот-вот расклеюсь и поплачу на ее груди! Как можно быть такой тупой и недалекой? Тебя же насквозь видно, дура!..

А от бессилия хочется лезть на стену. Попросить помощи у моих похитителей? Но что они сделают? Как найдут ее и не сдадут ли, когда отыщут? Нет, я должен был быть на свободе, не попасть вообще в эту ситуацию и послужить другу опорой в нужный момент. Теперь поздно.

— Уберите ее, пожалуйста, — почти шепчу я Голосу Масла при очередной аудиенции, опустив глаза в пол. А после с видом виноватого дурачка, который понимает, что делает глупость, но по-другому не может, бормочу:

— Мне придушить ее хочется, проводом от полиграфа. Она такая… чужая!

Голос Масла потрясен моими «откровениями». От вида его вытаращенных глаз на секундочку я забываю обо всех невзгодах и хочу заржать. Но прежде чем он успевает согласиться или хоть что-нибудь сказать, хватаю его руку и скороговоркой тарахчу: