Вроде бы, незнакомец вполне обычный. Коротко стриженные темно-русые волосы, лицо ближе к типично-славянской внешности. Деловой костюм, может быть, и дорогой, но это ни о чем не говорит. А вот бледно-зеленое лицо Эдуарда, который хвостиком проскользнул в приемную за незнакомцем и явно старался лишний раз и не дышать, лучше всего свидетельствовало о том, что перед нами какая-то крупная шишка. Наверно, именно у него и добивался аудиенции Эдуард, не отвечая на мои звонки.
Между тем, слово за слово Матроскин все больше распалялся, бросаясь обвинениями. Его оппонент не остался в долгу и вскоре наши уши уже ласкали басы, хоть и не идеально звучащие, но годившиеся для вокала больше слащавенького голоска Константина.
А слова незнакомца и вовсе хотелось записать на аудио и как-нибудь прослушать еще минимум пару раз: без ругани, но так крепко и метко мужчина бросал то, что думал о Матроскине тому в лицо, что Константину оставалось лишь хватать воздух ртом в бессильной злобе на неприкрытую ничем правду о себе любимом. Я кайфовала.
— Дяденька, а вы на Лью тоже так кричите? — улучила момент полюбопытствовать Жасмин, когда Килиманджаров (а мелкая быстрей меня сообразила, что перед нами — владелец «Alliance IT of ARS») замолчал, а Матроскин еще не успел вызвать новую порцию оскорблений в свой адрес.
— Ну что ты, лапонька! Льюис знаешь, как меня в ответ сразу посылает? Ого-го! — улыбнулся чуть ли не во все тридцать два белоснежных зуба Николай Килиманджаров.
Посмотришь на такую радостную от упоминания Льюиса улыбку — ну прямо лучший друг похищенного! И ведь улыбка не фальшивая — Эдуард, глядя на шефа, чуть расслабился, вздохнул свободней.
— И ты еще улыбаешься, скотина! Небось вспоминаешь, как закапывали труп этого Льюиса где-нибудь в лесочке, под твоим присмотром! — начинает новый заход обвинений Матроскин. — Думаешь, высказал в мой адрес свое сверхценное мнение и все, заткнул меня?! Не выйдет! Я вас выведу на чистую воду!..
И тут случилось невероятное — Жасмин нацедила из кулера стакан ледяной водички, подала его Килиманджарову. А тот возьми и прими у заботливой мелкой стакан, как будто так и надо, и вообще он не взрослый человек, а один из школьников и в разгаре потасовка с параллельным классом — водичка одним резким движением покинула стакан и прилетела Матроскину в лицо.
Килиманджаров передал опустевший стакан обратно Жасмин тепло ей улыбаясь, а потом его взгляд заледенел, возвращаясь к Матроскину:
— Как захотел, так и трактуешь факты? В шоу-бизнесе такое всегда в ходу, не удивительно, что неокрепшие мозги некоторых юных «дарований» перестроились под это и считают повсеместной нормой! Думаешь, этот хлам, способен навредить мне или «Альянсу»? Может, у меня мало конкурентов? Ах да, я их всех в лесочке закопал, потому никто кроме тебя ничего не нашел!
И мужчина швырнул на стол перед ошеломленным Матроскиным стопку гибких, мигающих по краям электролент, давно заменивших в офисах бумажки. С моего места на них виднелись только сплошные колонки текста, разбавленные редкими квадратиками фотографий.
Константин, которого мне впервые захотелось, пусть и мысленно, назвать Костей, смахнул с ресниц воду до безобразия беззащитным жестом, словно вся эта влага была лично им выплаканными слезами. Килиманджаров поморщился — переход юноши перед ним из крикливого, наглого обвинителя в слабую жертву не прошел для него незамеченным.
— Тогда объясните это. Может, я действительно чего-то не понимаю, — мягким голоском, без намека на какие-то эмоции, заговорил Матроскин. — Вот, например это, — выудил он одну из электролент. — Я внимательно изучил все сопутствующие материалы, но почему-то остался убежден, что здесь ряд нарушений…
— Эдуард. Проведи для молодого человека образовательную беседу. Объясни, что конкретно он упустил из виду, иначе эта головная боль нас не покинет.
— Погодите! — вмешалась я, заметив, что глава «Alliance IT of ARS» собирается куда-то идти. — Дела вашей компании меня ни капли не волнуют. Мы с сестрой здесь из-за Льюиса. И врать, что он улетел в какие-то тропические дебри, даже не пытайтесь.
— Да! — поддержал Матроскин, не горевший желанием общаться с вертким Эдуардом. Похоже, этого человека он побаивался больше, чем без зазрения совести наоравшего на него Николая. Наверно, Эдуард напоминал ему какого-нибудь продюсера или менеджера, к чьему мнению за кулисами прислушивались больше, кем к мнению самого Константина. — Что с этим Льюисом? Как вы объясните его исчезновение и ложь ваших сотрудников?
— А так, что в интересах расследования посторонним лицам не следует ничего знать, — отрезал Килиманджаров и его взгляд снова заледенел.
— Хотите сказать, вы тоже разыскиваете Льюиса? — ошеломила меня такая очевидная догадка.
— А что в этом удивительного? В конце концов, он все еще мой ценный сотрудник, хоть и позволяет себе многое…
— Потому что он человек, а не выполняющая все прихоти безвольная машина! Не верь этому типу, Вайпер! — тут же вмешался Константин.
