Тогда я просто молча открыла нужные файлы и сунула Мурату для изучения, с замиранием сердца наблюдая за выражением его лица.
Время тянулось невыносимо медленно, мимо сновали люди, но я едва замечала их.
Наконец, Мурат оторвался от экрана, потер переносицу.
— Что это за чертовщина, Вайпер? Это не подделка?
— Долгая история. Предлагаю сгонять ко мне — на компьютере вся информация, а это так, сжатая версия. Ну и лучше обсудить это за чашкой чая без посторонних.
— Тут нужна далеко не чашка чая, — усмехнулся Мурат, но внезапно его лицо переменилось, скривившись в пугающей, не до конца понятной гримасе. — Нет, не может быть.
Проследив за его взглядом, я заметила на противоположной стороне сегмента этажа какую-то блондинку. Не понимая, почему выделила из массы людей именно ее, собралась спросить Мурата, но тут же дошло:
Я заморгала, пытаясь осознать, что вижу. Девушка разговаривала с каким-то мужчиной, но явно не флиртовала. И о чем-то спросила проходившую мимо женщину…
— Кажется, она кого-то ищет?
— Меня, — угрюмо ответил Мурат. — Я отправил ее в игнор, но забыл сделать это на мультисмартфоне дяди. Он наверняка сказал ей, где я. Пошли отсюда. Видеть эту дрянь не хочу.
Мысленно проклиная Лиду за этот хмурый, мрачный вид Мурата, который только что улыбался, я огляделась. За то время, что мы здесь провели, большая часть людей, видевших парня на инвалидной коляске, переместилась в другую часть торгового центра, так что указать путь проклятой блондинке могли немногие. Но вот спуститься вниз мимо нее не представлялось возможным. Специально, или нет, бывшая девушка Мурата заняла невыгодную для нас позицию — все лифты и эскалаторы отлично просматривались, а рядом с зоной отдыха находились только обычные лестницы, не предназначенные для инвалидных колясок. Понял это и Мурат, со злостью скрипнув зубами.
— Может, просто пошлешь ее?
— И как я это объясню, не раскрывая, что взломал камеры? Она всех моих знакомых наперечет знает. Уверен, никого, кто мог бы донести мне, в тот момент рядом не было, и ей это известно.
— Боже! Да скажи просто, что остыл к ней! Понял, что без нее лучше. А хочешь, поцелуемся у нее на глазах, пусть почувствует, как это, когда тебе изменяют!
— Нет, Вайпер. Я еще не готов ее видеть. Не смогу сохранить спокойствие. Придумай, пожалуйста, как нам отсюда убраться.
Я вздохнула. Мурат просил о невозможном — рядом только мелкие магазинчики, в которых инвалидной коляске не везде проехать, да и не успею я попросить всех людей поблизости отвечать на вопросы блондинки отрицательно, пока Лидия-мидия сюда доберется!
Проще оттащить ее в туалет за волосы и поговорить по душам! Или подойти к ней с кофе и «случайно» вывернуть на одежду, убрав с дороги? Но где гарантия, что я проверну такой «женский» приемчик как надо? Скорее всего, Лидия прилюдно закатит скандал в обоих случаях…
Взгляд зацепился за парня в спецовке, спускавшегося с третьего этажа на громадной звезде. Похоже, в торговом центре открывалась новая кондитерская, и в честь ее открытия этот сегмент украшали коричневатыми с красной глазурью звездами-пряниками, часть которых уже развесили под потолком. Свет проходил через кусочки «глазури», бросая вниз на первый этаж цветные тени. Невольно я заинтересовалась и, оставив Мурата, подошла к перилам. С помощью предмета, похожего на трость, парень зацепился за ограждение и, стравливая понемногу основной кабель, подтянул звезду, используя «тросточку» как рычаг, отталкиваясь уже вглубь этажа, и опустил огромное подвесное украшение на пол.
— Скажите, — пока сотрудник не ушел, быстро обратилась к нему я: — А сколько эта штуковина может выдержать?
— Ну… — задумчиво протянул он, неосознанно коснувшись рукой затылка, словно это помогало думать, — Сейчас грузить на него коробки с гирляндами буду, они чертовски много весят.
— А поточнее? Центнера два-три выдерживает? Не проламывается?
— Да вроде нет. Обычно, мы, двое здоровенных мужиков, с коробками становимся, и ничо. Баллоны с газом ставили, шары под потолком надувать… Вам, если цифры нужны, так мы сейчас коробки из подсобки выкатим, там все промаркировано.
— Спасибо.
Сдерживая улыбку, я отвернулась от парня, посмотрела вниз, куда планировала приземлить подъемник. Обычный кафель, никаких клумб и выставок. Отлично. И сотрудник уже скрылся, оставив звезду без присмотра.
— Будет весело! — заявила я, вернувшись к другу.
Закатить инвалидное кресло с Муратом на звезду оказалось трудно, но я справилась и стала рядом, натягивая трос. Пряник-подъемник неохотно оторвался от пола, звякнул об перила. Пришлось передать управление подъемом Мурату, а самой согнуться в три погибели и за отсутствием «тросточки» отталкивать звезду руками, чтобы не повредить перила.
Неприятный момент, когда звезда поднялась достаточно и скользнула с опоры в пропасть над первым этажом, всколыхнул внутренности. Мурат выругался, но когда я повернулась к нему, увидела улыбку до ушей. Мы быстро стравили трос, опускаясь вниз, где нас ждали изумленные взгляды.
