Обмотав ее руки скотчем, чтобы не сняла заглушки с чипов, мы оставили Мидию под надзором одного из друзей Пал Дмитриевича, в небольшой подсобке, а сами сняли надоевшие балаклавы и вернулись в зал.
— Значит, должно произойти что-то, чему она под страхом смерти не должна позволить сорваться? — прикинул Дмитриевич.
— Не просто же так они Льюиса похитили, — кивнул Мурат. — Какую-то новую гениальную программу можно и за десять лет не изобрести, а вот взломать то, что уже есть…
Мы помолчали, оценивая предполагаемый ущерб.
— Придется рискнуть и попросить Шейлу отправить сигнал для пеленга, мне кажется, по описанию внутренности здания совпадает с тем, о чем она говорила, когда вышла на связь — мало окон и много компьютеров, — усмехнулся Мурат.
Оставалось решить главный вопрос — звонить в полицию, а потом Николаю, чтобы он урегулировал наше с ними взаимодействие, или поступить как-то иначе…
Рано утром, при облачной погоде, в небе над каждым городом марширует призрачный полк. Их лица воссозданы с довоенных фотографий, и если сфокусировать мультишлем, то можно получить о каждом короткую справку или вовсе подключиться к Бессмертному серверу и узнать больше. Мультисмартфоны пока распознают код в далеких голограммах плохо.
Позже, по главным улицам маршируют не только голограммы, но и живые люди. Специальные машины для парада извергают пар, на который и проецируются движущиеся изображения. Давно умершие люди празднуют День Победы вместе с потомками, которых никогда не видели.
В обычные дни голограммы живут только на витринах — ничуть не величественные, привычная реклама. Мы их не замечаем. Даже призрачная синяя девочка с котенком на руках на перекрестке дороги для машин, призывающая не превышать скорость — для многих слишком привычная.
Но май давным-давно прошел. Я и подумать не могла, что болтовня Матроскина закончится вот этим.
— Когда думаю о тех событиях, поверить не могу, что все это затеяли люди. Кажется, это стихийное бедствие, цунами, — говорил Костя, с задумчивым видом по очереди вертя в руках толстые печатные книги о войне, обнаруженные им на полке в одной из комнат.
Жасмин было набросилась на него, но перепалки не получилось. Матроскин пояснил, что, разумеется, знает правду, но через толщу лет ощущает все вот так. И они вместе принялись разрабатывать план по перекрытию улиц вблизи здания, где держали Льюиса.
Флешмоб начался за несколько кварталов отсюда. Благодаря организованному Матроскиным бесплатному прокату машинок с паром, на который транслировались голограммы, на флешмоб стекались и не осведомленные прохожие, образовав большую толпу. Поначалу мне казалось это плохой идеей, но план Кости поддержали. Если кто-то сбежит и попытается скрыться в толпе, полицейские в штатском встретят беглецов с распростертыми объятьями, да и пути к автомобильной трассе толпа перекрывала — навигаторы, получая данные от сети, предлагали немногим, пользовавшимся легковым транспортом, объезд.
Античные мраморные статуи в татуировках или в ярких вязаных вещах, радостно махали руками, старомемные вечные котики, нарочито рябящие помехами, шагали рядом, или «забирались» на статуи, с помощью нехитрых программ. Некоторые неистовствовали, собирая на статуи целые тучи мелких наездников.
Кто-то вовсе явил миру голограмму какого-то дивного морского слизня размером со слона (я невольно дернулась позвонить Зарине и сообщить, что у нее в нашем городе завелись единомышленники), на котором восседала изящная фигура, показавшаяся мне издалека псевдобуддистской. Над толпой летало полчище квадрокоптеров, снимавших стихийный парад.
Что, как и где еще планировали блокировать люди Килиманджарова и отряд полиции — я не особо знала. Не потому, что не хотела, а потому что меня нагло отогнали. Ну и ладно! Я и так собой гордилась!
Похитители, оставив в покое мою персону, явно не рассчитывали, что я смогу создать
Здание, которое предстояло штурмовать, сверкало на солнце белой плиткой, радуя глаза полным отсутствием вывесок, несмотря на близость к старому району. Рекламу, как и перечень начиняющих этажи услуг типа фитнес-центра и зала йоги, можно было увидеть только в мультишлеме или наведя камеру мультисмартфона на show-окона, опоясывающие здание и имитирующие для невооруженного глаза плитку. Если смотреть его на карте, то изогнутая капля здания казалась турецким огурцом. Только фантазия позволяла разглядеть заявленную в описании рыбку, благодаря нескольким линиям подземных транспортных лент, образующим на карте хвост. Но они располагались под землей.
