Марьинская школа была смешанная, что накладывало особую печать на отношения между мальчиками и девочками. Тяготы войны и сурового быта делали свое дело: мальчики росли, как правило, грубыми, черствыми, нетактичными. Плохое поведение представителей «сильной половины» школы иногда становилось причиной конфликтов, в которых очень трудно было разобраться. Подход к нам умела находить только Мария Федоровна Каньшина, которая целиком жила интересами и заботами своих учеников. Мария Федоровна вложила в наши души первые горячие угольки любви к родной природе. Она скрупулезно собирала все сведения по истории станицы Марьинской. Мария Федоровна учила нас, что всякий патриотизм начинается с любви к незабвенным уголкам детства. «Нельзя забывать свои корни, — говорила она. — Отрываясь от них, мы обедняем себя, уничтожаем собственную генетическую память и, в конечном счете, вырождаемся». Не умевшая сидеть на одном месте, она неутомимо водила и возила нас по всей округе. Где только мы с ней не побывали! В ближних и дальних селениях, в Кисловодске, Железноводске, Пятигорске, Нальчике и других городах. Я до сих пор уверен, что тот, кто не исколесил Северный Кавказ вдоль и поперек, не имеет права заявлять, что знает Россию.
Мария Федоровна излучала доброту и терпение, сочетавшиеся в ней с глубоким уважением к будущим вершителям судеб своего города, края, страны. Она учила нас правильным манерам, терпимости, хладнокровию, сдержанности, уважительному отношению к девочкам. Она показывала, как следует держать себя в обществе девочек, как разговаривать, как вести по залу во время танца. Девочки тоже не выпадали из поля ее зрения. Главными темами здесь были женская гордость, осанка, взгляд, поступь, скромная величавость жестов. В результате ее мягкого, я бы сказал, доступного, но настойчивого воспитания мы становились теплее, мягче, благороднее.
Вспоминая Марию Федоровну Каньшину, я задаю себе вопрос: «И почему таким бескорыстным и самоотверженным женщинам не ставят в России памятники?» Есть же в мире примеры общественного признания образов выдающихся носительниц идеалов добра и совершенства. Вот уже две тысячи лет на пьедестале всеобщего поклонения бессменно стоит одинокая Дева со скромно опущенными глазами. Для всех христиан ее имя священно — Дева Мария, Пресвятая Богородица. В Италии ей посвящено больше храмов, чем Иисусу, перед ее изваяниями и живописными изображениями всегда горят свечи, ее чаще поминают, чаще обращаются к ней в молитвах.
Если взять французов, то они в полном смысле этого слова молятся символу своей страны — скульптурному изображению Марианны. Ее бюст уже два столетия по традиции украшает многие парадные залы и холлы госучреждений Франции, означая открытость, терпимость, взаимное уважение и солидарность общества. Если бы в нашей станице был объявлен конкурс на скульптурный символ, я бы, наверно е, предложил нашу Марию Федоровну. Трудно сказать, почему. Но я уверен в одном: мне удалось выжить и состояться в этой жизни еще и благодаря мощному влиянию древнего библейского имени Мария, одно из значений которого — «любимая». Образ женщины с младенцем, окруженный нимбом святости, служит оберегом для меня, нашей станицы и всех, кто с ней связан…
В котле с кипящей водой нет холодного места. В голове непоседливого, пытливого мальчишки всегда роятся разные мысли — только их надо вовремя направить в нужное русло. А идеи роились в моей голове, как пчелы весной над медвяными травами. В школе многие из них находили свое применение на занятиях географического кружка, а в летнее время — в колхозе. Во время уборки урожая я любил возить зерно на элеватор. Это не то, что работать на комбайне, где и жарко, и пыльно. В 1951 году по рекомендации брата и под его контролем мне было доверено проводить электропроводку во все классы двухэтажной школы кабардинского селения Куба, за что я получил свою первую зарплату. Но больше всего я любил мастерить миниатюрные электродвигатели. Для этого мне были нужны подковообразный магнит и собственноручно изготовленный двухкатушечный ротор. К полукольцам ротора ток подавался от батарейки через две щетки. Катушки ротора, размещенные в зоне постоянного магнита, начинали вращаться. Прилаживай самодельную крыльчатку — и вентилятор готов. Сколько было радости, когда конструкция работала!