Если во время каникул нас не посылали в колхоз, то мы с Иваном Шабановым сооружали маленькие гидроэлектростанции. По его огороду проходили канавы, по которым с определенной скоростью бежала вода. Используя переплетенные проволокой ветки деревьев и вязкую глину, мы сооружали плотину. Из дерева изготавливали лопастное колесо, сбросные лотки, затворы, а рядом устанавливали генератор, похожий своим устройством на описанный выше двигатель. Водяное колесо мы соединяли с валом ротора с помощью трансмиссии, изготовленной из обычной натянутой резины. При открытии затвора вода приводила в движение колесо и, через трансмиссию, — ротор генератора. Однако тщетно мы пытались зажечь от него лампочку фонарика: слишком мала была скорость вращения.
Физику строительства своих двигателей, генераторов и гидроэлектростанций я стал понимать только в старших классах, когда протер не одни «пифагоровы штаны» и изгрыз великое множество квадратных и кубических корней. Тем не менее это было тогда увлекательнейшим занятием! Занимаясь любимым делом, мы забывали обо всем, даже о еде.
«Если есть что-либо более страшное, чем плоть, погибающая от недостатка хлеба, — справедливо писал автор «Собора Парижской богоматери», — так это душа, умирающая от жажды света». Эту естественную жажду я старался утолять чтением книг, которые только можно было достать. У нас, естественно, не было шкафа с массивными стеклянными дверцами, за которыми ровным рядком стоят книги, величаво и гордо сияя золотым тиснением толстых корешков. Но я находил книги у соседей, друзей, в школьной библиотеке. Как и все мальчишки станицы, я зачитывался «Островом сокровищ» Стивенсона, грезил далекими морями, штормами и пиратами. Любил книги Александра Дюма, Вальтера Скотта. Среди современных героев отдавал предпочтение Сергею Тюленину из «Молодой гвардии» Александра Фадеева и Павке Корчагину из романа «Как закалялась сталь» Николая Островского. Мир литературных героев прихотливо сплетался в моем воображении с окружающей жизнью, и я порой с трудом находил свое местоположение в этом переплетении. Так что я на собственном примере подтверждал известную истину, что больше всего книг читают в молодости. Старики, как правило, горазды писать…
Свой культурный кругозор я расширял, посещая местный клуб. С благодарностью вспоминаю Марию Николенко, нашу соседку, работавшую в клубе билетером. Она считала, что я оказывал положительное влияние на ее сына Николая, и в знак благодарности пускала меня на любой киносеанс без билета. Правда, удобств не было никаких: фильмы приходилось смотреть сидя или полулежа на полу. Но, и это было главное, мне посчастливилось пересмотреть все художественные ленты того периода, особенно «Веселых ребят» с Леонидом Осиповичем Утесовым, «Чапаева» с Борисом Андреевичем Бабочкиным, «Подвиг разведчика» с Павлом Петровичем Кадочниковым. С удовольствием смотрел я и «Кинохронику».
Однажды днем мы с Николаем, сидя в последнем ряду, смотрели кинокомедию «Волга-Волга». Вдруг в кинобудке начался пожар. Загорелась пленка, и пламя из окошка стало вырываться в зал. Кинозал заволокло плотным дымом. Возникла паника. Зрители повскакали со своих мест и, давя друг друга, скучились у двух открытых дверей. Прорвавшиеся наружу люди падали с довольно высоких ступенек. Многие получили тогда серьезные травмы. Мы же спокойно покинули кинозал через третью дверь в фойе, которая тоже не была заперта. И тогда я понял, что такое неуправляемая, охваченная паникой толпа.
Как я уже говорил, в нашей станице была гидроэлектростанция постройки 1947 года. Зимой, когда обводной канал замерзал, она не работала. Во время холодов функционировала тепловая электростанция (ТЭС) с одноцилиндровым двигателем, стоявшая в МТС. Грохоту от нее было на всю станицу, но свет горел только в домах местного начальства, да на столбах вдоль одной улицы. Простой люд пребывал в кромешной темноте. Я считал такое положение несправедливым и решил его исправить на свой страх и риск.
Стояла морозная лунная ночь… Так, кажется, начинаются многие сказки с участием смекалистого мужичка, обводящего вокруг пальца нечистую силу? Дождавшись, когда в МТС замолкнет движок (электростанция работала до полуночи), я вооружился чем-то похожим на пассатижи и на одном монтерском когте поднялся на опору, стоявшую напротив нашей землянки. Там вверху на изоляторах были сделаны приспособления, похожие на рога. А между рогами находилась перемычка, выполнявшая роль предохранителя. Чтобы прекратить подачу электроэнергии, надо было разорвать эту перемычку. Что и было сделано на всех вводах в дома жителей станицы, кроме тех, которые вели к домам начальства МТС. Я нашел перемычку, соединявшую магистральные провода с проводами, ведущими к нашему дому, соединил ее и крепко скрутил. Утром в наших «хоромах» уже горел свет, но на окнах приходилось закрывать ставни, чтобы начальство машинотракторной станции, находившейся неподалеку от нас, не догадалось, что мы пользуемся электричеством без его разрешения.