– Что ж, справедливо. Я изучил материалы по делу о пожаре. Со слов бармена, врач, который нас интересует, проводил эти ритуалы регулярно. Значит, ему нужно было довольно уединённое место, где бы ему не стали мешать. А также он должен был обладать неким особым положением, чтобы беспрепятственно избавляться от тел. Судя по спискам, это, должно быть, доктор Холтэд. У него был нужный уровень доступа, а также своя операционная на цокольном этаже больницы. Это просто обязан быть он. Я бы ставил именно на обыск его кабинета и той самой операционной. Если документы и правда существуют, они там.
Гейдж внимательно всмотрелся в план здания и мельком пролистал список персонала.
– Пожалуй, я соглашусь с тобой. Это…
Он резко замолчал, его взгляд стал отсутствующим.
– Эй, вы что?
Гейдж резко вышел из состояния транса.
– Мне пришла в голову одна идея… Соль…
– Вы придумали переносной соляной круг? Или предлагаете просто разбрасывать её во все стороны?
– Мы можем зарядить ею патроны для дробовика. Оружие против призраков. Ты сможешь подстрелить их теневые задницы.
– Браво, кэп! Звучит неплохо.
Гейдж улыбнулся, и его улыбка показалась Тому весьма зловещей. Но, возможно, причиной тому был хаос, царивший вокруг.
– Кроме того, у меня есть ещё одна идея…
– Придумали, где взять железо?
– Лучше… Придумал, как использовать противопризрачную траву…
Он встал, роняя на пол книги и карты, и вышел из комнаты.
Гейдж вернулся, держа в руках какой-то предмет. Он сел на диван и бросил предмет сидящему на полу Тому, и тот машинально его поймал. Том посмотрел на то, что оказалось у него в руках.
– Твою мать!.. Капитан, вы даже хуже, чем ужасный человек… Вы гений…
Когда стемнело, Том взял машину и поехал в больницу. Ехать было не близко, больница находилась почти за городом.
Шеппард доехал до больницы и несколько раз объехал вокруг неё с выключенными фарами. Он не хотел, чтобы его заметили, но в то же время ему нужно было посмотреть, не ошивается ли кто-нибудь рядом. Он ведь не хотел, чтобы его застали врасплох, даже если это будут обычные подростки, решившие получить острых ощущений.
Больницу окружал густой лес, и, несмотря на наличие дорог, в темноте в нём было очень легко заблудиться. Только безумец или отчаянный человек мог пойти на такое. Убедившись в том, что в округе никого нет, Том оставил машину под деревьями, чтобы её никто не заметил, и, взяв с собой всё необходимое, направился к входу.
Окна психиатрической больницы сопровождали его голодным взглядом стеклянных глаз.
Как он и предполагал, на дверях висел тяжёлый крепкий замок.
Повозившись немного, он избавился от замка и, освещая себе путь несуразно большим фонарём, который ему дал капитан, вошёл в здание. Внутри больница пострадала намного больше, чем снаружи. Лестница на второй этаж была уничтожена, везде валялись обломки и обгоревшие останки вещей, ранее принадлежавших пациентам и персоналу.
В воздухе ощущалось присутствие чего-то совсем не доброго, и Том ощутил это, как только переступил порог старого здания.
Рядом с разрушенной лестницей стояла покинутая всеми стойка администрации. На стене за ней висела облупившаяся со временем, некогда позолоченная надпись:
Том вытащил из пальто карту и посветил на неё фонарём. Согласно плану здания, кабинет Холтэда находился на втором этаже.
Лестница была единственным путём наверх, но пройти по ней было совершенно невозможно. Она состояла из двух пролётов и изгибалась вдоль стены под прямым углом. Второй пролёт оказался единственной уцелевшей частью лестницы и находился прямо над административной стойкой.
Поправив висящую за спиной сумку, из которой торчала арматура, и прицепив фонарь на пояс, Том забрался на стойку и, оттолкнувшись от неё, прыгнул на уцелевший лестничный пролёт. Он ухватился за хлипкие перила, и те жалобно скрипнули под его весом. Резкий рывок в тот момент, когда его пальцы сомкнулись на балясинах, напомнил ему о том, что его плечо зажило ещё не до конца. С его губ слетел тихий стон, глухим эхом отразившийся от стен старого здания.
Он подтянулся и перелез через перила. Оказавшись на лестнице, Том сел на ступеньки и прижал руку к плечу, пытаясь унять боль. Когда плечо перестало гореть, он встал и поднялся по уцелевшим ступенькам на второй этаж. Вправо и влево от лестницы тянулись узкие коридоры с чередой дверей больничных палат и кабинетов. Том ни на секунду не задумывался, куда идти, он знал, что эти коридоры представляют собой один большой замкнутый круг, и, куда бы он ни пошёл, он всё равно не пройдёт мимо нужного ему кабинета.
