Он пытался подобрать нужное слово, но Кайл его опередил.
– Настолько долго живёт?
Том кивнул.
Кайл улыбнулся. Учитывая то, что его рот был весь в крови, эта улыбка казалась абсурдной, словно расслаивающей реальность, в которой они пребывали.
– Да, это так. И мы все очень рады, что он остаётся с нами так долго. С годами его мудрость растёт, а тело крепчает. Это именно тот лидер, в котором нуждается наша община.
Том устало привалился к стене.
– Как… как он заставляет всех вас верить в этот бред?
Кайл пожал плечами.
– Трудно сомневаться в словах человека, которому больше сотни лет.
– Но кто может это подтвердить?
– Старожилы. Те, кто в семье уже несколько десятилетий. Он всегда остаётся прежним. С момента прихода тёмного брата, который прожил в общине дольше всех остальных, Джон не постарел ни на год.
– Это безумие…
– Возможно. Но жизнь сама по себе безумие.
Том сполз по стене и сел на пол, осторожно поддерживая вновь разболевшееся плечо.
– А что за источник, о котором он говорил?
– Ты не знаешь?
– Он не успел мне это рассказать.
– В соборе есть источник силы, тёмной, могущественной и древней, как сам мир. Из неё Джон черпает энергию. Она позволяет нашей общине существовать. В этом источнике обитает тьма, детектив, и она придёт за тобой.
Кайл вновь улыбнулся своей кровавой улыбкой. Он явно был доволен всем происходящим.
Том закрыл глаза, словно в попытке отрешиться от безумия этих речей.
– И как уничтожить этот источник?
Сатанист покачал головой.
– Прости, детектив, но на этот вопрос тебе придётся поискать ответ в другом месте.
Шеппард тяжко вздохнул и начал подниматься, одновременно вытаскивая из-за пояса пистолет.
Кайл слегка заёрзал на стуле. Его взгляд был прикован к пистолету.
– Эй, детектив, не стоит принимать поспешных решений на горячую голову.
– Как его уничтожить?
– Я не знаю.
Том печально покачал головой и нажал на спусковой крючок. Пуля вгрызлась в коленную чашечку Кайла. Дом содрогнулся от крика, но, прежде чем соседи успели бы определить источник громкого звука, Том заткнул Кайлу рот, и крик превратился в мычание.
– Давай, Кайл, ещё одна попытка.
– Я не знаю!
– Кайл…
– Я не могу сказать!
Выстрел. Кровь. Сдавленный крик, перешедший в мычание.
Том приставил пистолет ко лбу сатаниста. Его глаза из зелёных стали практически чёрными. Тьма дымкой собиралась вокруг его головы.
– Последний шанс, Кайл.
Кайл ещё плотнее прижался лбом к дулу пистолета. Его глаза вновь встретились с глазами Шеппарда.
– Стреляй, детектив. Что бы я тебе сейчас ни сказал, это ничего не изменит, тьма доберётся до тебя. Она тебя уничтожит. И, может даже, не так, как ты этого ожидаешь, она уже начала это делать. А когда это наконец случится, вспомни меня и этот момент. Стреляй же.
И он выстрелил.
Том покидал дом, в котором поселились смерть и отчаяние. И единственными звуками в этой опустошённой обители были одинокие глухие гудки, доносящиеся из брошенной телефонной трубки.
Макклайн не мог сосредоточиться на работе, всё буквально валилось у него из рук. Голова кипела, все его мысли были заняты одним лишь Шеппардом.
Коллеги не воспринимали обвинения против Шеппарда особо серьёзно. Конечно, Шеппард тот ещё тип, но повесить на него убийство? Это уже слишком. К тому же все знали, что Макклайну доставалось от Шеппарда так же, как и новичкам. Поэтому своими заявлениями Макклайн вызывал лишь смех за своей спиной.
И единственное, что Макклайн мог сделать – это ещё глубже закопаться в расследования, пряча в работе свой гнев и недовольство начальством.
Он вообще считал, что Гейдж слишком тесно связан с Шеппардом. Макклайн не мог понять причину создания подобного союза, но он не сулил ничего хорошего никому.
Создавалось впечатление, что за всем этим кроется нечто тёмное и довольно зловещее. И, как уважающий себя детектив, Макклайн поклялся себе во всём разобраться.
Закончив с очередным заурядным делом, он снова взял в руки папки с делами миссис Мастерс и тех неудачливых наркоманов. От постоянного держания в руках и перелистывания папки имели весьма плачевный вид. Края обтрепались, а страницы покрылись различными пятнами.
Он долго сидел, вчитываясь в отчеты и рассматривая фотографии с мест преступлений. Наконец гнев пересилил ясность его мышления, и он яростно скомкал бумаги, лежащие перед ним, громко стукнув при этом по столу.
В этот момент зазвонил телефон. Он резко сорвал трубку с аппарата и поднёс к уху. В его голосе сквозило сильное неприкрытое раздражение.
– Да?!
Ответа не было. На той стороне провода была тишина.
– Алло! Я слушаю вас, говорите!
Но телефон всё так же молчал. Макклайн громко выругался и, положив трубку на стол, встал.
– Тони! Пробей номер!
Усталый техник высунулся из-за своего стола.
– Ладно! Подожди минуту… Батридж-роуд, 14.
Макклайн окаменел. Тони с беспокойством взглянул на него и осторожно подошёл ближе. В последнее время Макклайн был сам не свой.
– Всё в порядке?
– Нет. Это адрес капитана.
Мгновение они ошарашенно смотрели друг другу в глаза. Потом Макклайн оглушительно заорал на весь отдел.
