Мать швыряет с ноги сланец, и тут же получает им по лбу, вызывая всеобщий смех, а ее дочка – десятилетняя пигалица – бросает его максимум на метр. Промах! Оказывается, это не так просто: мы видим, как команды одна за другой терпят крах. Такое впечатление, что даже у понторезов оба сланца – левые. Что касается нас… Ухохочешься!
Фран бросает правую шлепку, она взлетает в воздух метра на три и приземляется около ее ноги. Вторая после броска вообще остается висеть на пальце ноги. Тогда я беру все на себя и мысленно ставлю на кон все, что у меня есть. Сосредотачиваюсь, смотрю на правый сланец, прикидываю место, где он должен приземлиться, – и р-р-раз! Он пролетает по меньшей мере два метра, ура! Я хотя бы сохраняю лицо. Потому что при второй попытке я отправляю сланец куда-то себе за голову. Ноль очков.
Глядя на неутешительный счет – три очка в нашу пользу, – зато рассмешив половину зевак, – мы готовимся к следующему этапу. И теперь все гораздо сложнее… Нас ждет спринт по песку.
Две подружки в мини-шортах смотрят на нас с ухмылкой, уверенные, что мы облажаемся, как облажались они, уронив сланцы в песок. Вот стервы.
– Всего двести метров, – шепчу я Фран, – это же не может быть труднее, чем подняться на террикон, правда?
– Там я чуть не умерла, а здесь… Надеюсь, ты умеешь делать искусственное дыхание «рот в рот».
– Все обойдется.
– Я бы на это не рассчитывала…
Судья свистком объявляет старт.
Сначала я делаю глупость – пускаюсь бежать в сланцах, и, наверное, выгляжу, как марионетка. Тогда я сбрасываю их и, отшвырнув в сторону, бросаюсь вперед из последних сил. Я потею, страдаю, задыхаюсь. Как же это далеко от спокойной пробежки с Элиоттом!
Когда я прибегаю к финишу, там уже стоят все, кроме Фран. Мы последние. Мне больно смотреть на подругу, которая уже готова сдаться. Она побагровела и буквально доползает остаток пути.
– Давай, Фран, ты почти у цели, не сдавайся! Давай! – кричу я, чтобы ее подбодрить.
Ей остается совсем немного, но, похоже, она поддалась отчаянию. И тут происходит нечто невероятное: люди, которые наблюдают за нею, начинают горячо поддерживать ее аплодисментами. Честно говоря, это приятно, но добрым сердцем могут похвастаться далеко не все.
– Если ты толстая, то бег не для тебя, – говорит одна из девиц в мини-шортах. Они сидят на земле и наслаждаются зрелищем.
– Бедная девушка, мне за нее стыдно, – поддерживает другая.
Я специально встаю перед ними, подпрыгиваю на месте в поддержку Фран и как бы нечаянно поднимаю пятками фонтанчики песка, который летит прямо им в физиономии. Я слышу, как они взвизгивают. Кто бы мог подумать, что я такая вредина! Так им и надо!
Появляется Фран – на последнем издыхании, еле живая.
– Ну, как ты?
Она падает навзничь в песок и поднимает большой палец вверх.
– Даже ничего не болит…
Ей требуется добрая четверть часа, чтобы прийти в себя, пока остальные делают несколько глотков воды и готовятся к последнему испытанию.
– Сколько мы набрали? – спрашивает Фран.
– Тридцать два. Мы – предпоследние, в этом задании не заработали ни одного очка…
Она решительно встает, глаза у нее горят.
– Мы их всех уделаем.
Что?! Это говорит Фран? Полагаю, пока она лежала и приходила в себя, у нее в мозгу перегрелась пара нейронов…
На пляже установлены десять баскетбольных корзин на штангах, надежно вкопанных в песок. Мы готовимся, это будет кровавая битва! Но я – вполне в своем духе – упрямо бросаю мяч мимо корзины, две девицы тоже не попадают ни разу, да и остальные команды мучаются, ну а Фран делает штрафные броски один за другим. Она целится, подбрасывает мяч, метко отправляет его в корзину и из десяти подходов не промазывает ни разу – невероятно!
Семь отведенных на испытание минут истекают, а я подсчитываю в уме: по моим прикидкам, мы набрали пятьдесят очков, а пятьдесят плюс тридцать два будет…
О, черт, мы выиграли.
– Мы выиграли! – кричу я, не дожидаясь, когда судья объявит счет. – Фран, мы выиграли!
– Итак… Победа присуждается… команде номер восемь!
Фран оборачивается и, подмигнув мне, улыбается.
– А я тебе что говорила?
Это правда, она не сомневалась ни минуты. Но остается еще один вопрос: сто одиннадцать кило арахиса в карамели, что нам с ними делать?
