— Да, — ответил голос от входа. Сара вздрогнула, повернулась и увидела в дверях улыбающегося Тома. Сколько он уже тут стоит? И что именно он услышал? Во всяком случае, виду, что что-то не так, он не показывал. На поясе у него была рабочая сумка с инструментами. На улице был припаркован его автомобиль с досками на багажнике. Том проследил за ее взглядом:
— Другу нужна была помощь.
Сара прокомментировала его первые слова.
— Ты прав. Но делает это нас счастливее или несчастнее?
Том пожал плечами.
— Я никогда не видел, чтобы мечты делали кого-то счастливее или несчастнее.
Сара тоже. Но ей казалось, что мечты делают жизнь интереснее. Том не был похож на человека, который много мечтает. Впрочем, и у Сары никогда не было самой большой мечты. Другие девушки в магазине мечтали о вещах. Или о поездках, на которые они копили деньги. Мечтали завести детей, встретить любовь, отремонтировать кухню. О настоящих вещах, которые можно было обсудить с коллегами. Сара же все время читала. Но время, проведенное в Броукенвиле, заставило ее задуматься о том, чем она занималась в Швеции. Все вечера и выходные она читала. Она не могла вспомнить, чтобы делала что-то другое, и это пугало Сару. Что, если в будущем ей будет мало одного чтения? Но как стать человеком, мечтающим о чем-то в жизни? Сара не могла не думать, что она что-то упустила в жизни. Пока другие были несчастными подростками, над которыми можно было посмеиваться, не было ничего странного в том, чтобы читать книги. Но внезапно все вокруг повзрослели и зажили своей жизнью, а Сара продолжала читать. Только сейчас в ее жизни появилось что-то еще, кроме книг. Люди, которые с ней разговаривали. Люди, которые специально приходили к ней, чтобы поговорить. Несколько раз Сара ловила себя на том, что счастлива отложить книгу в сторону и поболтать. На чтение у тебя еще будет время, говорила она себе в такой момент. Все это было новым и волнующим.
— Чашечку кофе? — спросила она. — Я как раз поставила.
Том едва заметно кивнул, словно согласился против своей воли.
Сара налила им кофе, и аромат наполнил магазин.
— Как ты думаешь, у Эми были мечты? — спросила она. Том присел в одно кресло, а Сара — в другое.
— Нет, — ответил он, но, подумав, добавил: — Но я не знаю наверняка.
Сара кивнула.
— Я о стольком не успел ее спросить, — продолжил Том и неожиданно спросил: — А ты — о чем ты мечтаешь?
Он сказал это с иронией, но Сара почувствовала серьезность этого вопроса, от которой Том пытался защититься с помощью иронии.
— Я не мечтаю, — ответила она и отпила кофе.
— Что ты будешь делать, когда вернешься домой?
Домой. Саре не хотелось об этом думать.
— Откроешь еще один книжный?
Она покачала головой. Это было невозможно.
— Слишком много всего надо знать, чтобы открыть магазин. Экономику, например.
Том огляделся по сторонам. Покупателей в магазине не было.
— Да, экономика не помешает. И стартовый капитал.
— Том, — сказала она, — думаешь, Джон против всего этого? Я про книжный магазин, — добавила она, хотя на самом деле имела в виду себя. — Думаешь, он что-то имеет против меня?
— С чего бы это?
— Из-за Эми. Он… ни разу не зашел в магазин.
— Мне кажется, Джону теперь все равно.
Они какое-то время молчали. Том посмотрел в пустую кружку и сказал сам себе:
— Мне, наверное, пора.
Но он не спешил уходить. Сара тоже не торопилась возвращаться к чтению. Сара не знала, что заставило ее задать этот вопрос, — то, что он не уходил, или то, что он всегда был так занят работой, — но она спросила:
— Хочешь прийти на ужин? В дом Эми?
Наверно, Сара в состоянии приготовить простой ужин. Ответ ее удивил.
— С удовольствием. В семь? Мне нужно перед этим кое-что сделать.
— Окей, — ответила она, борясь с подступающей паникой. — Семь будет в самый раз.
Сара хотела закрыть магазин пораньше, чтобы успеть купить продукты и приготовить все дома к ужину, но ей не дали Гертруда и Энни-Мэй. Они как раз шли за покупками и заглянули и к Саре тоже. После знаменитой распродажи они начали регулярно наведываться в книжный. Сперва видно было, что Гертруда ходит вместе с Энни-Мэй, только чтобы поиздеваться над книжным выбором подруги. Первое, что она сказала Саре, было: «Ха! Лягушки! Все это чушь!» — и зашлась смехом, больше похожим на кашель. Но с тех пор, как Сара разрешила ей курить внутри, Гертруда оставила Энни-Мэй в покое. Они заглядывали пару раз в неделю. Энни-Мэй — обменять книги, а Гертруда — покурить и допросить Сару.
— Ты в это веришь? В романтику и прочую хрень? И почему они так странно одеты? Ты бы легла в постель с мужиком с длинными волосами в фиолетовой шелковой рубашке? Шелковой! Да к тому же незастегнутой!
Сара давала Энни-Мэй книги бесплатно. Но сегодня их появление удивило Сару, так как они были у нее только вчера, и Энни-Мэй забрала домой пять новых любовных романов. И даже Гертруда выбрала себе книгу с полки «Секс, насилие и оружие».
— Никакой романтики, — пригрозила она.
