— Его отправляют в страшное место, — подтвердила Валентина. — Уже прислали путевку. И мы ничего не можем сделать, чтобы его спасти. Слишком поздно.
“Я ответила, что кое-что сделать могу, — вспоминает Вика. — Тут же пошла к Ване и взяла его из кроватки. Он очень обрадовался, увидев меня. Думал, мы будем играть, но потом заметил, что я расстроена. Ничего не сказал, когда я поднесла его к окну. Я показала ему на небо.
— Небо, — повторил он.
— А на небе Бог. Как надо говорить Богу?
— Как?
— Боженька, помоги мне. И Он пришлет тебе ангела-хранителя, чтобы тот присмотрел за тобой.
— Боженька, помоги мне, — повторил Ваня”.
Следующие несколько недель Вика постоянно навещала Ваню. Это было ужасно — знать о его участи и быть не в силах ему помочь. Вскоре Ваня и сам догадался, что его ждет что-то очень плохое. Каждый раз, когда Вика уходила, он с тревогой спрашивал ее:
— Ты еще придешь ко мне? Вика, ты придешь?
— Зачем мне пальто? — спросил Ваня. — Меня что, в больницу везут?
— Скоро сам все узнаешь, — пробурчала Настя, застегивая на Ване уродливое, не по размеру большое пальто.
То, что происходит нечто необычное, стало ясно сразу после обеда. Настя, как всегда, уложила остальных детей в кроватки, но Ваню оставила сидеть за столом. Потом вернулась и достала из шкафа пальто. Поездка в больницу была единственной причиной — не считая тех редких случаев, когда Вика брала Ваню на прогулку, — по которой детей выпускали за территорию дома. Но никакие врачи утром во второй группе не появлялись, а только врач мог дать Насте распоряжение везти ребенка в больницу.
Настя сняла с Вани тапочки и принялась надевать на него ботинки, которые оказались ему малы. Несмотря на сломанные молнии, они никак не налезали на Ванины ножки. Настя, ругаясь себе под нос, велела Ване поджать пальчики, но и это не помогло, тогда она в сердцах плюнула и оставила эту затею.
Чтобы окончательно унизить мальчика, Настя взяла розовую шерстяную шапочку и напялила ему на голову.
— Я не девочка! — возмутился Ваня.
Настя не обратила на его слова никакого внимания и оставила жариться на стуле:
— Сиди тихо, я сейчас вернусь.
И без ее предупреждения Ваня вряд ли смог бы пошевельнуться в тяжелом пальто и полунадетых ботинках. Конечно, он мог бы слезть со стула, но ползти?..
Дожидаясь Настю, Ваня думал о том, как совсем недавно здесь, в этой самой комнате, его одевала не грубая Настя, а любящая Андреевночка. Она сама сшила ему чудесную рубашку с золотыми звездами на погонах и называла его “товарищ майор”. После праздника, снова переодев его, аккуратно сложила новую одежду и убрала к себе в сумку. Ему было жалко расставаться с таким красивым нарядом, но они оба знали: в доме ребенка ему никто не позволит его носить.
Воспоминания Вани были прерваны приглушенными криками из соседней комнаты. Кричал Андрей — он звал Ваню. В полуоткрытую дверь Ваня видел лицо друга между прутьями кроватки.
— Андрей! — крикнул он в ответ. — На меня надели пальто, ботинки и шапку. Наверно, повезут в больницу. Не забывай меня. Я тебя тоже не забуду.
Но Андрей все не успокаивался:
— Ваня, не бросай меня! Как же я без тебя? Не уходи!
— Я буду думать о тебе, Андрей.
Открылась дверь, и озабоченной походкой вошла Вера. Ваня сразу заметил, что на ней пальто. Она взяла Ваню на руки:
— Ну, пора. Машина уже ждет.
— Вера, куда мы едем? — спросил Ваня, когда они шли по лестнице.
— Откуда ты знаешь, как меня зовут? — удивилась Вера.
— Слышал.
— Ах да, правильно! Ты — мальчик, который все запоминает. Пришла твоя путевка. Тебя переводят в интернат.
Вера вздохнула.
Опять это слово. Что оно значит? Кирилла тоже увезли в интернат, и больше его в доме ребенка никто не видел.
И вот они во дворе. Холодный воздух бросился в лицо, и у Вани перехватило дыхание. Двор выглядел совсем не так, как на их с Викой последней прогулке. Земля покрыта чем-то грязно-белым. Наверное, это снег. Вика сказала, что они не пойдут гулять, потому что на улице идет снег и очень холодно. Теперь он знает — это и есть снег.
“Волга” ждала у парадного входа. Вера поднесла Ваню к задней двери и уложила на носилки.
— Можно мне посидеть у тебя на коленках? — спросил Ваня.
— Нет. Это не разрешается, — ответил водитель. И захлопнул дверцу. Машина тронулась с места.
Они то останавливались, то снова ехали. Ваня слышал шум проезжающих мимо других машин. Ему пришло в полову, что, должно быть, эти другие машины тоже везут в больницу детей. И он решил, что вокруг очень много детей, которых везут в больницу.
